Прошло чуть больше часа, и вот мы шагаем по одной из улиц Любеча. Когда мы еще подходили к первым домам, мне показалось, что городок по размеру не уступает тому же Гомелю, но в действительности, он оказался небольшим, обойти его можно меньше, чем за сутки. Даже если заходить во все закоулки, какие здесь существуют. Об этом я узнал чуть позже, когда мы искали цель нашего появления здесь.
Что же касается красот города, не знаю, как у моих спутников, но у меня остались смешанные чувства. С одной стороны – старые, одноэтажные избушки, еще старее церковь со своими колоколами, а леса, поля, луга! Не то, что Гомель. Пережив вместе со всем миром прогресс (а может, регресс?), теперь он заставлен одними кирпичными и бетонными коробками. А Любеч не пошел на «уступки» и «уговоры» мира и сохранил свой величественный вид.
С другой стороны – аномалии, артефакты, сталкеры, которые добывают артефакты, бандиты которые охотятся на сталкеров, и мутанты, которые охотятся на всех. Теперь городок напоминает театр боевых действий. Хотя почему напоминает – им он и стал. Застрявшие в бревнах пули, осколки разбитых стекол, местами попадающиеся гильзы, следы от разведенных костров – это не полный список того, что я здесь заметил. Причем, это только список человеческой деятельности, но есть еще Зона-матушка, которая не потрудилась приложить свою руку к этому городку. На ровне с теми деревнями и городами, которые нам попались на пути, она затронула Любеч если не сильно, то как минимум неслабо. В принципе, ничего в этом удивительного нет. Взять, к примеру, Краснополье или Полесское – ни один из этих населенных пунктов не остался целым и невредимым. Теперь там правит Зона взамен человека – куда не сунься, аномалия, куда не пойди, мутант. А теперь подумайте, сколько таких городов, сел и деревень еще есть? Двадцать, тридцать, пятьдесят? А сто не хотите? То-то и оно.
Хотя во всех этих бедах осуждать одну только Зону я считаю неправильно. Она всего лишь результат человеческой деятельности, не более того. Я видел Чернобыль, Припять и даже саму ЧАЭС, но не в этом мире. После Чернобыльской катастрофы детей, женщин и стариков в срочном порядке эвакуировали кто куда, а большинство мужчин осталось ликвидировать последствия. Многие погибли еще тогда, многие чуть позже – лучевая болезнь не пощадила никого, – но они отдали жизнь не напрасно, остановив своими действиями еще большую катастрофу. Прошло не одно десятилетие. Зона, как здесь, не появилась. Возвели новый Саркофаг, но радиация местами так и плещет, ища новые жертвы. Люди все понимают – возвращаться нельзя, опасно для жизни, – но все равно возвращаются, потому что их дом там и только там. А что было бы, если не человеческая ошибка? Или нарушение в технике безопасности? А если просто не существовало станции? Домыслы могут быть разные, но какие из них окажутся верными, мне неизвестно. Возможно, существует мир, в котором не произошла катастрофы, и не появилось ни зоны отчуждения, ни Зоны. Было бы интересно узнать, как протекает история в нем, но мне пока достаточно путешествий. Тем более, здесь у меня есть еще незавершенное дело.
– Ребят, мы уже в Любече, так может, вы укажите мне, где находится точка? – Не оборачиваясь, спросил я на ходу. Вопрос я задал немного поздновато, ведь мы неплохо углубились в город, пройдя уже ни одну улицу.
– Центр. – Через несколько секунд ответил Торопыга.
– А улица, дом?
– Просто центр города. Так у меня написано.
– Ну хоть ориентир какой-нибудь есть?
– Дом культуры. Возле него наша точка.
– Хоть что-то. – Сориентировавшись по карте ПДА, я направил отряд по центральной улице в нужную сторону.
Наверное, город пользуется неплохой популярностью у людей, живущих под слоганом: «И день не пройден, если ни разу не выстрелил». Как я уже говорил, человек хорошо потрудился, приукрасив Любеч не одной и даже не двумя перестрелками, поэтому, пока направлялись к центру города, мы смогли увидеть, сколько нужно всадить пуль в одну обычную избушку, прежде чем она развалится.
Чуть дальше нам дорогу преградил труп, точнее, половина трупа. А если уж уточнять до невозможности, то верхняя половина туловища мужчины, предположительно, двадцатипяти-тридцати лет и погибшего от потери крови, но перед этим, как вы уже догадались, потеряв вторую, нижнюю, часть своего тела. По всей видимости, сталкер – или кто это был – кому-то не угодил, поэтому его решили убить. Завязалась перестрелка, но силы были не равны, поэтому парень попытался бежать, но тут его настигла аномалия. Жуткая картина, если честно, у меня вон, ребят аж скрутило, и они чуть не избавились от своего завтрака.