— Как раз такие вот «глупые женщины» способны нанести урон похлеще самого изощренного преступника.
Я согласно кивнула, но осталась при своем мнении, и Сатио это заметил.
— Я все же проверю, — упрямо сказал он и опустился на соседний стул рядом с Керри.
Сатио начал с ожесточением бить по клавиатуре. Я усмехнулась и перевела взгляд на Алана. Он тоже смотрел на меня. Но казалось он смотрит сквозь меня, о чем-то глубоко задумавшись.
— Так! — резко воскликнула подруга и повернулась к компьютеру. — Программа еще некоторое время будет пробивать защиту.
— А конкретно нельзя узнать? — усмехнулся Алан.
— Какой же ты зануда, — прошептала Керри, не поворачиваясь к нему.
Я прыснула, но быстро сымитировала кашель. Алан недовольно нахмурился и смерил меня осуждающим взглядом. Мне лишь осталось пожать плечами, так как он действительно сегодня был занудой.
— Эм, Рей-Рей, — осторожно позвала меня Керри.
— М?
— Мы конечно разрабатываем общий план, но я же хорошо тебя знаю, — подруга покосилась на Алана, не решаясь продолжить.
— Керри? — подытожила ее я.
Подруга вздохнула и прикрыла глаза.
— Что ты собираешься делать со своим дядей?
Я впала в ступор. Воздух в комнате вдруг стал вязким и тягучим. От лица отхлынула краска. Мои руки затряслись. Я сжала их в кулак, чтобы унять тремор. Не могу сказать, что не думала о личной мести, но…
— Если ты боишься, что я разрабатываю какой-то свой секретный план мести, то спешу тебя успокоить. Нет, я не собираюсь отходить от плана, — выдохнула я.
— Пф! — фыркнул Сатио.
Мне хотелось зарядить ему по затылку, но сдержалась.
— Если тебе есть что сказать, говори, — как можно спокойнее ответила я на его фырканье.
Сатио демонстративно повернулся ко мне. На его лице не было никаких эмоций. Взгляд был холодным и тяжелым. Но я выдержала его.
— Ты же так любила избавляться от людей, которых считала помехой, предателями и убийцами. Что сейчас тебя останавливает? Возьми пушку, выследи своего дядю и убей. Так ты избавишь нас от забот и возможно спасешь наши жизни.
— Сатио, — грубо прошипел Алан.
Но это никак не повлияло на его напарника. И мое терпение тоже закончилось.
— Как у тебя все просто, — злобно усмехнулась я.
— А что сложного? Ты верила Ричарду и исполняла любые мерзкие поручения. Почему же сейчас не хочешь еще раз испачкать руки?
— Прекращай, Сатио! Мы много раз это уже проходили!
Алан закрыл меня собой. Сатио резко поднялся со своего места и вплотную встал перед другом. Он был на голову ниже Алана и это вынуждало его запрокидывать голову, чтобы смотреть ему в глаза.
— Прекращай ее защищать, идиот озабоченный.
Алан сжал кулаки. Мне совсем не нравилось, что из-за меня они могут переругаться и что хуже навредить друг другу. Керри от страха замерла и наблюдала за нашей глупой стычкой, не рискуя вмешиваться.
Я положила руку на плечо Алана. Он резко обернулся на меня.
— Не надо, — прошептала я.
Я вышла вперед и встала перед Сатио. Негодование все еще бурлило в крови, подталкивая как-нибудь съязвить. Но я взяла всю свою выдержку, которую тренировала многие годы, и как можно спокойнее ответила:
— Да, я верила дяде. Он — моя кровь. Я хотела ему верить. Да. Я исполняла его приказы, так как думала, что это для блага семьи. Думала, что Маринетт в курсе. Думала, что поступаю правильно и выступаю против тех, кто хочет ударить по семье. Я защищала близких мне людей, точно так же как ты защищал от меня своих мать, отца и младшую сестру.
Сатио трясло.
— Разве ты не сделал бы все что угодно, чтобы защитить их от любой опасности?
Сатио быстро выхватил из-за пазухи пистолет и направил его на меня.
— Придурок! — закричал Алан.
Он попытался закрыть меня собой, но я не позволила. Керри тоже вскочила с места.
— Сати, — мягко прошептала она.
Но ее никто не услышал. Сейчас и Сатио, и я — оба сосредоточились друг на друге. Мы прожигали друг друга глазами. Если бы было возможно убить одним лишь взглядом, каждый из нас давно был бы мертв.
Я видела перед собой черную бездну дула пистолета. Оно было направлено прямо на мою голову. Мне должно было бы стать страшно, но нет. Я уже встречалась со смертью. Дважды. И теперь уже не так боялась встретиться с ней снова. И я была уверенна, что это была лишь глупая провокация, спровоцированная эмоциями.
На моем лице появилась ухмылка. Сатио не выстрелит. Он — не я. Он — не убийца. Мне не хотелось его провоцировать, но у моего терпения тоже есть предел.