На моем лице отразилась вина. Алан нежно провел рукой по моей щеке, отгоняя неприятные для нас обоих воспоминания.
— Нет. Я не могу забыть наш танец. И я говорил тебе об этом в Камбодже.
Я тоже его не забыла. Сердце в груди начинало бешено биться каждый раз при малейшем воспоминании о нашем танце.
— Я помню, какие чувства проснулись во мне. Особенно после того, как из-под твоего платья стал виден он, — Алан прикоснулся к шраму на моей груди. Я вздрогнула от неожиданности. — О стал началом моего падения.
— Падения?
Алан приблизился к моему лицу.
— Падения к твоим ногам, — прошептал он и поцеловал меня.
Я резко оторвалась от него.
— Вот это сейчас было сказано настолько приторно, что никакой поцелуй не поможет мне побороть отвращение.
Алан захохотал во весь голос, и мне пришлось закрыт ему рот рукой.
— Тише ты, горе-романтик! — шикнула я.
— Профти, — пробубнил он мне в руку.
Он продолжал посмеиваться, не сводя с меня глаз.
— Так что мне ожидать от встречи с твоей мамой? — решила я вернуться к главной теме разговора.
Алан тяжело вздохнул и взял мою руку.
— Будь готова к моральной мясорубке.
Хоть его слова и звучали как шутка, легче мне не стало. Даже когда я ехала в храм на встречу с Ричардом, зная, что не уйду оттуда живой, так сильно не боялась и не переживала, как из-за встречи с Наташей Фальк.
До утра мы провели время вместе. Мы многое успели рассказать друг другу о наших жизнях, которые разделились на «до» и «после». Поделились интересами и хобби, которые оказались во многом схожими. Алан попросил рассказать о моем детстве. Он слушал меня не перебивая. Но когда мой рассказ дошел до начала моей карьеры наемницы, стал задавать много уточняющих вопросов, большая часть которых касалась лично меня и моих мотиваций.
— Ричард сыграл на твоей ране.
— Да. Только сейчас я понимаю, какие глупые манипуляции он использовал. До сих пор не могу поверить, что поддалась им. Он стер грань между плохим и хорошим.
— Он отличный серый кардинал. Ха! — протяжно выдохнул Алан. — Вот бы повернуть все вспять, и не дать этому подонку разыграть такую сумасшедшую партию.
— В любом случае, уже ничего не изменить. Остается лишь признать ошибки и постараться исправить то, что возможно исправить.
— Ты права, — устало выдохнул Алан.
За окном появился первый луч восходящего солнца. Я резко посмотрела на время и ужаснулась. Бессонная, хоть и по приятной причине, ночь могла сыграть со мной злую шутку при встрече с мамой Алана. Я резко вскочила, прикрываясь одеялом, и начала собирать свои вещи.
— Что ты делаешь? — сдерживая смех спросил Алан.
— Уже утро, а я все еще у тебя.
— И?
Я повернулась к нему, в надежде своим суровым взглядом заткнуть его. Но именно он застал меня врасплох. Полностью голый он лежал на кровати и любовался моей растерянностью. Я резко отвернулась, сама, удивившись своему смущению. Сейчас при свете утреннего солнца я могла разглядеть все. На торсе даже были видно отметены от моих ногтей.
Я сжала одеяло, что сорвала с него и выругалась себе под нос.
— Какие плохие слова мурлычет Митт Ламмет.
Неожиданно крепкие руки Алана обвили меня за талию. Он оставил поцелуй на моей шее и обжог кожу своим дыханием.
— Мне нужно вернуться в свою комнату, пока никто не проснулся.
— Зачем? — прошептал он мне на ухо.
— Затем, чтобы не было косых взглядов, и чтобы у твоей матери не было дополнительного повода всадить мне в лоб стрелу.
Алан замер.
— Вот же черт! Она еще и на стрельбище тебя позвала?
— Да, — выдохнула я и повернулась лицом к Алану.
Он был расстроен и зол.
— Я в курсе, что твоя мать чемпион в стрельбе из лука, — начала я. — Но я тоже кое-что смыслю в этом.
Алан удивленно приподнял брови.
— Беспокойства это не уменьшает. Ну хорошо! — резко воскликнул он. — Я буду поблизости и не дам моей матери сделать из тебя живую мишень.
Беспокойство Алана забавляло меня все больше. Он становился таким милым, когда злился.
— Не думаю, что у тебя получится присутствовать. Не забывай, что нам надо все подготовить для миссии. И вам с Эваном сегодня предстоит много работы. А он уж точно тебе не простит и не забудет, если не явишься к нему и сбросишь все обязанности на него.
Алан недовольно фыркнул.
— Мне пора, кислая клубничка, — я чмокнула его в нос и выбралась из объятий раньше, чем он опомнился.