Штейн одобрительно хмыкнул.
— Тут нужно обдумывать каждый свой шаг. Даже самый нелепый и, казалось бы, очевидный, — сказал он.
Я промолчал. Конечно, Штейн был прав, и в крупном бизнесе люди рискуют не только деньгами и положением, но своими жизнями.
— Вольф проинформирован об опасности и будет начеку, — добавил Штейн.
— Позвольте уточнить… Что за преступный бизнес хочет развернуть на территории Швейцарии Ричард Беррингтон?
Теодор странно усмехнулся. Казалось, будто я задал очень глупый вопрос, ответ на который очевиден и лежит на поверхности.
— Как проинформировали меня источники, Ричард планирует открыть сеть элитных казино, которые в свое время создала его сестра на территории Англии параллельно с их семейным делом по строительству элитной недвижимости. Это даст ему возможность получать дополнительный доход. Через казино он планирует продвигать продажу оружия и наркотиков.
— Но казино строго контролируются.
— Это так, но, если есть связи с кантональной властью, весь контроль станет простой формальностью.
— У вас такие тоже имеются, раз вы до сих пор препятствуете Беррингтону? — хмыкнул я, уже догадываясь, какой ответ услышу.
— Именно! Но и у Ричарда тоже есть люди в тех кругах. Их меньше, но они есть.
Я откинулся на спинку своего кресла и задумчиво провел рукой по подбородку. Кожу неприятно оцарапала щетина. И вместо важных мыслей, в голову пришла полнейшая глупость: надо бы побриться.
И все же я заставил себя думать о главном.
— Оружие и наркотики… Хм… Как-то банально, — вслух проговорил я.
— Зато прибыльно, как это было раньше, как это есть сейчас, и как это будет в будущем. Продажа оружия и наркотиков всегда приносила огромные деньги, но у этого есть и свои весомые риски.
Я согласно кивнул.
— Так значит, Беррингтон хочет от вас избавиться потому, что вы мешаете ему открыть бизнес в Швейцарии. Он нанял профессиональную наемницу, чтобы она нашла вас и убила. Вы в свою очередь хотите, чтобы я нашел ее первым и устранил.
— Все верно, за одним маленьким нюансом, — спокойно поправил меня Штейн. — Она нужна мне живой.
Я нахмурился и замер. Конечно, мне и самому не приходило в голову ее убивать, но полагал, что Штейн хочет именно ликвидировать ее раз и навсегда, чтобы избавиться даже от малейшего шанса на повторное преследование.
— Зачем? Чтобы выведать компрометирующую информацию? Вряд ли она вам скажет даже под пытками, — хмыкнул я. — Ее дело шпионить и убивать. Не думаю, что она знает много конфиденциальной информации.
— Вот тут вы ошибаетесь, — мягко улыбнулся Теодор, словно поправлял маленького ребенка.
Я снова удивленно посмотрел на собеседника.
— У меня есть предположение, что наша прекрасная наемница очень тесно связана с семьей Беррингтон. И… Со мной.
— Вы думаете у нее есть личный мотив?
Штейн вздохнул и поднялся со своего места. Я проводил его взглядом. Мой клиент открыл шкафчик, что стоял позади рабочего места. Он достал оттуда графин и два бокала.
— Это лишь догадки, которые я не хочу озвучивать, пока у меня не будет веских доказательств или маломальской уверенности. Слишком мало улик на руках.
Теодор поставил графин на стол и налил поочередно в бокалы напиток.
— Догадки тоже могут способствовать делу.
— Или только запутают сильнее. Виски?
Я кивнул. Не разумно было бы пить на работе. Но разве я когда-нибудь следовал правилам? Нет. Может поэтому еще был жив.
Штейн протянул мне бокал. Я принюхался к напитку и удовлетворенно кивнул. Древесный аромат, приправленный легкой дымкой. Только такое сочетание заставило меня когда-то полюбить виски. Я отпил и не пожалел, что согласился выпить. На вкус виски был таким же невероятным как его аромат. Терпкость и древесный привкус были четко уловимы. Я даже не смог сдержать одобрительного кивка.
— Это чертовски вкусный виски, мистер Штейн.
Теодор Штейн одобрительно провел по усам, когда сам отпил свою порцию.
— Маринетт Беррингтон подарила мне его незадолго до своей смерти. Хотя мы с ней многие годы не пересекались.
— На то были веские причины? — я покрутил содержимое бокала, мысленно заставляя себя не выпить все залпом, а растянуть удовольствие.
— Были. Это семейная драма. Ее старший брат — бывший глава семьи — с женой и дочерью попал в подстроенную аварию. Обвинили меня.
— А вы имели к этому отношение? — не ожидая услышать правды, спросил я под действием первой порции алкоголя.