Я прикоснулся к губам, обдумывая сложившуюся ситуацию. Она точно пришла в бешенство, когда официант хотел прикоснуться к ней. Даже через стол я ощутил агрессию.
— Алан?
Я встряхнул головой и усмехнулся.
— Ничего, прости. Так, о чем мы? Кхм. Да. Почему ты считаешь, что Штейн стоит за убийством твоих родителей и тети?
— Ах, сразу с такого вопроса? — засмеялась Рейчел.
— Решил не растягивать. А то мало ли еще что прольют на нас.
Мы замолчали. Я выжидающе следил за ее эмоциями на лице. Но отдаю ей должное, она умело научилась скрывать их.
— Хорошо! Потому что у меня есть доказательства его вины. Он повинен не только в смерти моих родителей и Маринетт, но и твоего отца. Поэтому меня удивляет, что ты работаешь на него.
Она откинулась на спинку стула. Мое сердце пропустило удар.
— Что же за доказательства у тебя имеются на руках?
Рейчел снисходительно улыбнулась.
— Думаю, ты понимаешь: бумаги, снимки, электронные письма…
Я подавил смешок.
— Интересно. Ведь у меня точно такие же материалы, но они указывают совершенно на другого человека. В корнепротивоположного человека.
Я уловил в мимике Рейчел изменения, которые она не успела скрыть за обворожительной улыбкой.
— Ты о моем дяде? — тихо спросила она.
Я был удивлен. Ее взгляд стал холодным. Но на губах все продолжала играть улыбка.
— Ты ведь уже и так знаешь, верно? Рейчел, — я сильнее нагнулся к ней и внимательно посмотрел в глаза, — за всем, что происходит, стоит твой дядя, а не Штейн.
Она не ответила мне. Я с надеждой смотрел в ее глаза. В них не было ничего. Пустой отрешенный взгляд. Рейчел обдумывала сказанное мной, не показывая своих переживаний или истинного отношения к словам.
По щелчку пальца Рейчел вновь вернула прежнюю соблазнительную улыбку. Это позабавило меня.
Как же быстро она меняет роли.
— Хорошая попытка, Алан. Но боюсь, она уже на этапе планирования была провальной. Но немного утолю твой интерес. Мой дядя — не святой. Конечно же я знаю об этом. Я о многом знаю, ведь я долгие годы работаю на него. И я знаю о нем гораздо больше, чем ты или Штейн.
В ее голосе появились твердые и уверенные ноты агрессии. Она будто ставила точку в интересующем меня вопросе. Но я уловил еще кое-что. Меж строк читался намек. А ее взгляд подтверждал: Рейчел Беррингтон возможно знает о причастности своего дяди, но по каким-то причинам не хочет в это верить или она…
Нет. Я не хочу в это верить…
— На этом я хочу поставить на этой теме точку. По крайне мере сегодня, — улыбнулась Рейчел и вернула свою обворожительную ухмылку. — Думаю, тратить время на разжевывание только одного вопроса не разумно.
Я усмехнулся.
— Хорошо, Митт Ламмет.
Рейчел дернулась и удивленно подняла брови. Я даже не подумал, прежде чем сказать это в слух. До этого момента, я называл так ее только про себя или в разговоре с Сатио.
— Мой ягненок? — перевела она мои слова. — Ты умеешь удивлять.
Она тихо засмеялась. Я почувствовал, как лицо заливается краской и, чтобы успокоиться, я отпил вина.
— Рейчел, почему ты занимаешься всем этим? — решил я перевести поскорее тему.
— «Всем этим» чем? — уточнила она.
— Кражами, слежкой… Убийствами…
Рейчел хмыкнула и задумалась. После нескольких секунд размышлений она спокойно ответила.
— Мне это нравится, как бы ужасно это не звучало.
Я вздохнул и откинулся на спинку стула. Она явно недоговаривает. Надо быть психом, чтобы тебе нравилось убивать. А Рейчел далеко не психопатка. Мне всегда было интересно узнать мотивацию человека, который встал на преступный путь. Что ей движет? Для чего все это? Не верю, что это обычный интерес и банальное увлечение. За всеми этими преступлениями стоит что-то еще, куда более сложное и неоднозначное.
— Нравится убивать людей? — переспросил я.
Тут Рейчел вздрогнула. Она удивилась своей реакции не меньше чем я. Я заметил, что по ее руке прошли мурашки, а глаза потускнели. Лишь притворная ухмылка до последнего держалась на лице.
— Убивать людей? Хм, — задумалась она и опустила глаза. — Всех, кого я убила, а их не так уж и много, нельзя назвать хорошими и честными людьми.
Я провел рукой по губам, внимательно слушая ее.
— Ты ведь знал, что этоза люди, Алан, — она подняла на меня глаза. — Пока вы искали меня, вам ведь удалось собрать всю информацию ожертвах, чтобы понять, хотя бы отдаленно, мои мотивы? Ты прекрасно понимаешь, что они были, мягко говоря, далеки от чистоты и невинности.