Я заметила, что воротник костюма слегка загнулся и постаралась его поправить трясущимися руками. Но ткань упорно сопротивлялась.
Кто те идиоты, что одевали ее? Никому ничего нельзя доверить!
Я и не заметила, что зависла над этим неуместным занятием. Отвлек меня и привел в чувства Ричард. Я медленно подняла на него взгляд и только тогда вспомнила, что нахожусь в зале, наполненном десятками пар глаз.
— Рей, пойдем на место, — мягко позвал меня дядя, обхватывая за плечи.
Молча я последовала за ним. Он помогал мне идти ровно, скрывая мою хромоту. Но, когда я довольно жестко опустилась на место, болезненная судорога пронзила все тело. На мое плечо тут же упала чья-то большая и горячая рука. Я вздрогнула от боли, но надеюсь всем показалось, что это всего лишь нервный тик. В следующую секунду кожу возле уха обожгло горячим дыханием.
— Ты держалась отлично, голубоглазик, — прошептал Эван.
— Спасибо, — хрипло ответила я.
Я вновь впала в транс. Священник все говорил и говорил. Все, кто хотел сказать прощальное слово, никак не заканчивались. Но я не понимала смысла, сказанного ими. В моей голове звучали обрывки из нашего последнего разговора с тетей. Это был даже не разговор, а очередная словесная перепалка и обмен язвительными любезностями:
«— Рейчел Алисия Беррингтон, повзрослей уже наконец! Скоро тебе придется взять управление в свои руки! А ты, оказывается, не просто шпионишь! Ты еще и убиваешь!
— Не делай вид, что для тебя это открытие, — усмехнулась я, отмечая ее невероятную актерскую игру. — Ты неплохо выглядишь для своих лет, так продолжай управлять компанией семьи! А я буду делать то, что у меня получается лучше всего.
— Рейчел!
— Ты хочешь лишиться такого хорошего работника как я? Кто будет так искусно добывать информацию и устранять «лишних» для тебя, при этом не раскрыв себя! На минуточку, ни разу!
— Я до сих пор не одобряю твой выбор и твою деятельность! — Маринетт перешла на крик. — Думаешь, твои отец и мать желали бы такой судьбы для дочери?! Желали, чтобы ты стала убийцей?! Как я посмотрю им в лицо, когда предстану перед ними?!
— Все, кого я убила, заслужили это! — я вскочила со стула, не выдержав тона тети. — Они были убийцами, наемниками! На моих руках нет невинной крови, в отличие от тебя!
Маринетт потеряла дар речи. Ее рот открывался и закрывался. Это сильнее разозлило меня, и я продолжила:
— Ты сама крутишься в кругах, которые нечисты на руку. Думаешь я не знаю, чем ты и дядя Ричард занимаетесь?! Боже, да я же видела всех конкурентов, знаю все то дерьмо, которое проходит через твои казино благодаря бумагам и информации, что я добывала! — на эмоциях я вскинула руками. — Я уже не маленькая девочка, Маринетт, чтобы ты продолжала пудрить мне мозги сказочками!
— О чем ты? — прошептала она. — Что Ричард делал в казино? Какую информацию ты поставляла ему? Что он тебе поручал?
— Довольно разыгрывать непонимание и наивность, тетя!».
Я грустно усмехнулась, вспомнив как выбежала из кабинета Маринетт, после этих слов. Глаза щипало, но слез, к моей радости, не было. Не хватало еще стать второй Лизи. Но я удивлялась своей реакции. Когда я представляла в детстве, что лишаюсь последнего родного человека, слезы водопадом лились из глаз. В такие моменты я находила успокоение в объятьях тети. Ее руки всегда убаюкивали меня и защищали. А сейчас они покрылись мертвенно-бледным оттенком и никого больше не могли согреть или утешить.
Я снова вгляделась в ее лицо. Мне захотелось подбежать к ней и разбудить, схватить за плечи и кричать на нее, чтобы этот идиотский и совсем несмешной спектакль наконец-то закончился. Я будто вновь стала той маленькой девочкой, которая только что потеряла родителей и искала защиты в объятьях тети. Несмотря на свой внутренний порыв, я осталась сидеть на месте.
Неожиданно Ричард сильнее сжал мою руку, а Эван мягко похлопал по плечу, не подозревая, какой черный там синяк. Я недоуменно посмотрела на дядю. Он встал и перевел взгляд сначала на гроб тети, который уже спустили с постамента и понесли к выходу из часовни, и затем обратно на меня. Я выдохнула, выйдя из оцепенения и воспоминаний.
На ватных ногах я поднялась и последовала за дядей на кладбище. Дорога совсем не запомнилась. Казалось мы только что вышли, а гроб уже начали опускать в свежевырытую могильную яму. Она выглядела на фоне белоснежного снега как черная дыра в космосе, куда медленно опускается закрытый гроб из красного дерева.