— А что? — удивилась она.
— Тут наша стервочка с клонами, — прошептал напарник.
— Что? — прошипела Катерина и стала смотреть по сторонам.
Я же не сводил глаз с Рейчел. К ней подошел Уильям. Его теперь не сложно было отличить от брата. Я подметил, что на его щеке красовался свежий кровоподтек и пластырь. Он нагнулся и что-то прошептал на ухо Рейчел.
— Стоп! — зашипела Кэт и развернула Сатио спиной к недружественной к нам компании. — Ал! Отвернись! Они могут нас заметить!
Я же продолжал наблюдать, игнорируя подругу. Рука Уильяма сжалась на плече Рейчел. Она скривилась и агрессивно высвободилась.
Что-то между ними произошло.
У меня снова появилось неприятное тревожное чувство в животе.
— Алан! — шипела Катерина и взяла меня под локоть. — Пойдем!
Я промолчал, но позволил себя увести. Прежде чем скрыться за раздвигающейся дверью, я увидел, как Рейчел что-то яростно говорила Уильяму, а Эдгар замельтешил вокруг них.
Тревожное чувство в животе только усилилось.
Глава 17
РЕЙЧЕЛ
Мы ехали по темному горному серпантину. Эдгар сидел на переднем сиденье рядом с Уильямом, который вел арендованную машину.
— И все же не понимаю, зачем нам сейчас устраивать встречу. Да еще и в таком месте?
— Эд, ты как ребенок! — возмутился Уильям. — Дело серьезное! Ричард не хочет терять время. Более того, он беспокоится за нашу принцессу и хочет лично удостовериться в ее безопасности и целостности.
Я осуждающе посмотрела в зеркало заднего вида. Уильям только этого и ждал и уже наблюдал за моей реакцией. Его глаза горели гневным огнем. Он все еще не мог остыть после нашей схватки в самолете. Эдгару он объяснил это неудачной попыткой открыть очередную бутылку. Его брат легко поверил в такой глупый обман. Я удивлялась уровню доверия Эда к брату. И дело тут не в волшебной связи близнецов. Я оставила попытки найти разумный ответ. Было ясно одно — Уильям умело пользовался доверием Эдгара.
И мне было хорошо известно, что Ричард бы только порадовался моей смерти. Он явно непросто поговорить меня позвал и возможно уже приготовил мне смертельную ловушку.
— Хорошо, быстро обсудим все и отвезем Рейчел в отель. Перелет явно не пошел вам обоим на пользу.
Я согласно хмыкнула и отвернулась к окну. Вид с горы открывался завораживающий. Город переливался огнями. Он готовился встретить рассвет, который должен был начаться буквально через полчаса. Как только первые лучи солнца поднимутся над горизонтом, огни города постепенно начнут гаснуть один за другим. Он проснется. Проснутся его жители. Начнут собираться на работу и заниматься обычными рутинными делами: готовить завтракать, принимать душ, проверять почту и просматривать последние новости. Буду ли я когда-нибудь так жить? И буду ли я вообще жить?
Машина завернула, и город скрылся за деревьями. Уильям плавно затормозил перед воротами в японский традиционный храм.
Взглянув на это место, сомнений не осталось. Это место станет моим последним пристанищем.
Я прекрасно понимала, зачем эта сомнительная встреча. Но оставив все свои эмоции в туалетной кабинке самолета, мне было плевать на то, что планировал со мной сделать Ричард в этом заброшенном храме.
Я самостоятельно вышла из машины, несмотря на старания Эдгара, который видимо даже не подозревал, куда привез подругу детства. Зато это хорошо понимал Уильям. Когда наши взгляды встретились и эти сомнения испарились. Одно радовало, Уильям тоже видел, что я догадалась и осознанно шла на смерть. Ему бы точно доставило удовольствие силой привести меня к Ричарду.
Ночной мороз пробирал до косточек, но я не ощущала его. Распахнутая куртка трепеталась от ветра. Эдгар выставил локоть, и я взялась за него. Мы поднялись по ступенькам. Я отсчитывала каждую из них. Первая, седьмая, двенадцатая, двадцатая. Будто считала последние свои шаги на пути к неизбежному концу. И вот, когда мы уже были на последней ступеньке я подняла глаза и увидела дядю, в одиночестве стоявшего на пороге храма.
Храм даже в заброшенном виде внушал благоговение и потусторонний дух. Казалось в темноте его распахнутого входа вот-вот покажутся глаза ойкая или забытого божества — хранителя этого места. Мы шли по проходу между каменных статуй, под которыми стояли потрепанные временем фонари. Они давно потухли, и никто их не зажигал. Мои глаза уже привыкли к темноте, но все равно казалось, что, поднявшись к храму, вокруг нас стало еще темнее. Будто сам воздух окрасился в черный цвет.
Ричард стоял ко мне лицом, и оно не выражало никаких эмоций, как и мое. Его руки были убраны в карманы брюк. Черное пальто сливалось с фоном позади него, от чего создавалось иллюзия парящей головы.