— Милая, ты должна простить себя и вернуться к людям, которым ты нужна, которые любит тебя и ждут.
— Нет.
Я замотала головой, не желая возвращаться в мир, где я убийца. В мир, где так много боли, разочарования и смерти.
— Рейчел, — мягко позвала меня мама, — выслушай меня. Сейчас самое важное для тебя простить себя и признать свои ошибки и грехи. Ты должна вернуться и наказать виновников.
Я содрогнулась.
— Мы с твоим отцом всегда рядом с тобой. Мы — твое отражение. Если ты живешь, живет и память о нас.
— Я не могу, — сквозь слезы прошептала я. — Я не могу.
— Доченька.
Мама обняла меня. Я зарылась в ее кудрявые волосы и расплакалась.
— Я убийца.
— Нет.
— Убийца.
— Милая, посмотри на меня.
Мама требовательно взяла мое лицо в свои теплые и нежные руки и вынудила посмотреть ей в глаза.
— Ты совершала ошибки, ты сбилась с пути. И твой дядя приложил руку к этому. Он главная причина. Ты должна вернуться. Должна искупить вину и наказать Ричарда. Ондолжен понести наказание.
Я хотела отвернуться, но мама не позволила мне.
— Нет, Рейчел. Ты должна пройти через это. Только так ты сможешь искупить вину и отчистить свою душу.
— Я не смогу.
— Сможешь, потому что ты наша дочь. Милая, прошу, услышь меня. У нас очень мало времени. У тебя слишком мало времени. Посмотри на себя.
Я оглядела саму себя. На животе стало расти с невероятной скоростью красное пятно. Я прикоснулась к ткани платья. Она уже полностью пропиталась моей кровью. В голове всплыл окровавленный кинжал в руке Уильяма.
— Значит, все было реальным, — прошептала я и пошатнулась.
Я бы упала, если бы меня не поддержал появившийся из неоткуда мужчина. Папа. Он мягко улыбался и поддерживал меня. Светлые волосы, светлые, лучезарные глаза и ямочки на щеках. Его взгляд окутывал теплом и заботой.
— Рейчел, — мягко позвал меня отец. — Ты справишься. Ты — Беррингтон.
Я перевела взгляд на маму. Она улыбнулась.
— Ты справишься, милая. Ты сможешь исправить ошибки и воздать по заслугам Ричарду. А мы продолжим быть рядом с тобой и помогать тебе.
— Но вы мертвы.
— Мы живы в твоем отражении. Ты — наше продолжения. Мы живем благодаря тебе.
Живот разрывало от боли, мешая мне принять окончательно решение. Из глаз полились слезы, через сердце вновь раз за разом протекала боль, вина, отчаяние.
— Признай, просто признай ошибки. И искупи свои грехи, — папа сжал мое плечо.
Я вздрогнула и вмиг расслабилась. От сердца вдруг откололся кусок камня, и я смогла вздохнуть полной грудью.
— Вот так, принимай, признавай, — уже ласково говорила мама, прикасаясь рукой к моей щеке.
— Перестань сомневаться и тянись к жизни. Уйти проще, чем идти вперед, преодолевая препятствия. А ты не такая. Ты сильная. И ты важна своим близким. Только послушай, как они отчаянно зовут тебя.
Я прислушалась. Сквозь раскаты грома до меня доносились голоса.
Рейчел!
Голос Керри прозвучал как отчаянная угроза. Я вспомнила, как подруга отчитывала меня даже за самый маленький синяк.
Надо было в больницу!
Гневный бас Эвана оглушил меня.
Митт Ламмет…
Хоть это был слабый шепот, я его очень четко услышала голос Алана. Он постоянно повторял эти два нежных слова.
Мой ягненок.
— Кажется, у тебя есть особый якорь на земле, — улыбнулся отец. — Закрой глаза и сконцентрируйся на нем.
Я послушалась и сильнее напрягла слух. Но этого не потребовалось. Голос Алана стал четче и громче.
Рейчел.
— А теперь посмотри вперед, — тихо прошептала мама.
Я открыла глаза. Мы стояли на окраине той самой темной чащи. Впереди был яркий свет, к которому мне так и не удалось добежать. Непроизвольно я улыбнулась. Радость и предвкушение нахлынули на меня.
— Вот видишь, милая, все оказалось куда проще, чем тебе казалось.
— Да, — мой голос надорвался.
Я засмеялась от облегчения.
— Иди, тебя ждут, — мягко подтолкнул меня отец. — А твоей взбалмошной тетке мы передадим, что особой «оплеухи» тебе не понадобилась.
— Маринетт здесь? — спросила я, оборачиваясь на родителей.
Они стояли рядом и держались за руки. Мама усмехнулась, а отец закатил глаза.
— Да, — ответил он. — Она в лучшем мире. Не переживай. И она всегда рядом, как и мы с твоей мамой.
Я глубоко вздохнула и ощутила легкость.
— Спасибо, — прошептала я.
Бросив последний взгляд на родителей, я пошла к свету.
Глава 19
РЕЙЧЕЛ
Никогда бы не подумала, что тело может быть таким тяжелым. Оно будто весило несколько тонн. В ушах стояло противное монотонное жужжание. Я попыталась открыть глаза, но не смогла. Пошевелить пальцами? И снова неудача.