Под конец рабочего дня Джастин вызвался помочь с уборкой, на что Стеф сказала, что не просто может, а обязан. Тем более начальник предупредил, что задержится. Ощущение легкости, ностальгии, когда мы также отшучивались и переглядывались, вместе убирались и рассказывали истории – все это согревало и заставляло оттаивать сердце. Позже альфа сбегал за ящиком пива и снеками, и мы дружно закатили вечернюю тусовку. Я давно так не смеялся, что только с Джастином по дороге не случалось. Он рассказал и про то, что чуть коньки не откинул, спасибо здоровью. Даже Стеф начала оттаивать и спрашивать о путешествиях, хотя до этого молча пила свое пиво. Время пролетало незаметно и легко, на языке и в душе оставались нотки опьянения и веселья. На мгновение я забыл о своих тревогах, темных желаниях и трудностях.
Тяжелой грузной походкой Пол вошел в зал с черного входа и замер. Так же как и мы днем. Он смотрел на брата невидящим взглядом, и внутри меня что-то екнуло. Надо валить. Попадать между этих двух огней мне хотелось меньше всего.
- Мы пойдем, Джастин. Заглядывай еще, - кинул я шатену, обернувшись на Пола, сказал. – Привет, мы не будем вам мешать, только по баночке возьмем.
Поднимая вскинувшуюся Стеф, я взял пакетик сухариков, вручил в обе руки девушки по банке пива и поволок мимо альфы на выход. Она отпиралась и пыталась остаться, и мне пришлось приложить массу усилий, чтобы уволочь брыкающуюся Стеф из пекарни. Взяв под руку, я предложил ей пойти недалеко в парк и распить оставшееся пиво прямо на скамейке перед озером. Время было позднее, народу немного. Альфа мило покривила своим носом – даже это я считаю милым! – и нехотя согласилась. Сидя в парке, мы медленно тянули хмельную жидкость и изредка хрустели корочками. Я спросил у альфы, чем пахнет Джастин. Она лишь на мгновение задумалась и выдала «как Новый год, хвоей». Хмыкнув, я добавил «ну, или как освежитель воздуха». Девушка легонько засмеялась и сказала, что не один так подумал.
Пиво закончилось, снеки тоже. Волей неволей нужно идти домой. Я посетовал, что в такой поздний час автобусы в пригород не ходят. На что получил удивленный вопрос, зачем мне туда, если идти до дома пара кварталов. Я моргнул и не сразу понял, о чем мне говорит впереди идущая альфа. Но потом осознание догнало, и лишь тихо спросил:
- Ты так привыкла, что я живу у тебя?
- Да, - коротко ответила она, но чуть погодя более тихо добавила. – И не хочу, чтобы ты уходил.
Я не стал развивать эту пропащую тему. Через несколько месяцев родит омега и будет целый год находиться в квартире альфы. А куда мне в этом случае деваться? Но я и так знал ответ. И меньше всего хотел ссориться и выяснять отношения. Они классно трахаются, видятся каждый день. Теперь я могу просто подойти в подсобке и обнять ее, поцеловать. Поговорить с ней о чем угодно, когда угодно. Не этого ли я хотел? Но внутри чувствовал ответ. Я хотел безраздельно властвовать над ее чувствами, чтобы она принадлежала мне целиком и полностью. И я хотел, чтобы этот ребенок был мой. Много чего хотел, но многое было несбыточно.
Дойдя до квартиры, я решил спросить мучающий меня вопрос после разговора с Джастином:
- Я действительно сильно пахну тобой? - альфа лишь удивленно подняла брови, как будто говоря «а зачем тебе это знать?» - Просто мне Джастин сказал, что от меня буквально несет твоим запахом, и я хотел понять, что это значит.
- Да, я забываю, что ты не чувствуешь, - подойдя ко мне ближе и притянув в свои объятия, сказала Стеф. – Да, в нашем мире альф и омег, мы смешиваем и передаем запахи друг друга. Таким образом, помечаем, что этот партнер наш. А когда ставят метку, - ее глаза таинственно блеснули, - то этот человек постоянно пахнет своим избранником.
- Ну, у каждого же свой запах, он куда-то девается? – все не понимал я.
- Нет, но становится глуше. Больше доминирует запах альфы, - улыбнулась Стефани, собираясь отойти от меня, но я остановил, хватая за руки и притягивая их к своему лицу.
- Хорошо, а что такое святая святых у альф?
- Опять Джастин? – я лишь расплылся в довольной улыбке, смотря на покрасневшую девушку. – Вот он… ох, ну, у мужчин-альф, как и у тебя, это единственная дырка ниже пояса, - услышав мое хмыканье, она решила не продолжать свой рассказ, но и я не лыком шит.