Однажды случился один из неприятных моментов, после которого омегу искали неделями. Простой бытовой случай. В этот раз я остался по просьбе Стеф у нее дома. Когда вернется девушка с попойки не знал никто, Стеф уже стала реже её искать, забивая на местонахождение горе-мамаши. Уложив спать Ричи, мы как можно тише ласкали друг друга в ванной, я ощущал себя реальным семьянином, который пытается ухватить свой кусочек счастья подальше от отпрысков. Я понимал, что моя моральная планка уже давно упала на минус тысячный уровень, и поднять ее не предоставлялось возможным. Поэтому наслаждался тем, что мне дают и жил одним днем.
Утром мы подменяли друг друга, пока бегали в ванну и приводили себя в порядок. Был солнечный воскресный день, альфа была в душе, а я развлекал Ричи, изображая ложкой с пюре то самолетик, то пароходик, который приезжает к нему в рот с вкусным угощением. Мальчишке нравилось, он задорно смеялся и открывал рот только тогда, когда была представлена очередная техника. Я не успел отреагировать на то, что происходило в этот момент: не слышал, как тихо открылась дверь, зашла омега, и как стояла за мной столбом, наблюдая эту веселую картину. Я почувствовал, как в мою спину врезалась сумочка, и следом полетела матерная речь. Обернувшись, увидел беснующуюся девушку, которая крушила все вокруг и кидалась в меня тем, что попадалось в руку.
В испуге за ребенка, я подобрал его с детского кресла, на котором кормил и быстро унес его в комнату, положив на кроватку. И также скоро вернулся, закрыв на ключ дверь. Омега на секунду притихла и смотрела на меня шокированным взглядом. Альфа вышла из душа, явно на звук: ее одежда кое-где прилипла к влажному телу, а с волос капала вода.
- Ники, ты вернулась.
- Я вижу, ты охуенно без меня справляешься, - будто выплюнула слова девушка, и начала обуваться.
- Мне тяжело без тебя, милая. Куда ты опять уходишь? – я не понимал, либо альфа была хорошей актрисой, либо я обычный лох, которого развели самым простецким в этой жизни способом. Но лицо Стеф изображало глубокую печаль и желание помочь.
- Да? Ты видела, как он кормит ребенка? МОЕГО ребенка! Такое ощущение, что это у вас тут семья, а я здесь была просто инкубатором! – яростно говорила девушка, покидая вновь квартиру. Альфа бежала за ней, хватала за руки и уговаривала остаться. Когда они вышли в коридор, я перестал прислушиваться. На душе было гадко. Вроде ребенок ни в чем не виноват, и я все также питал к нему нежные чувства, но сейчас хотелось покинуть этот дом, эту семью и больше никогда не видеть Стеф. Именно данная ситуация стала зарождать во мне эти чувства и мысли.
Пока я аккуратно убирал вещи, пятно разлившейся пюрешки на полу, альфа вернулась одна. На ее лице запечатлелась маска глубокой печали и безысходности. У меня вновь не складывалась картина целиком. Зачем так убиваться по той омеге, которая никогда не была в семье и не собиралась там вообще оставаться. Есть люди, которые уже любят Стеф и готовы с ней оставаться. Зачем гнаться за той, чью любовь никогда она не получит?
Вопросов было больше, чем ответов. Но опять же я все пустил по течению жизни, не желая ссориться и как-то метить территорию. Кто ж тогда знал, что альфа именно этого и хотела? Чтобы над ней имели превосходство и, наконец, дали ту чертову безопасность, о которой мечтали все девушки? Что у нее были свои тайны, и она их не раскрывала до последнего?
Тогда я уже запутался и мало понимал происходящее. Мне просто хотелось хоть какого-то разрешения ситуации, и уже неважно, кто будет победителем, а кто останется с носом. Просто остановите планету, я наконец-то сойду с нее. Альфа открыла дверь спальни и вышла с Ричи на руках. Девушка также молчала, погруженная в свои мрачные мысли. Поначалу я пытался отшутиться, как хорошо, что Стеф не чистюля и не ценитель антиквариата, чтобы после каждой выходки омеги не рвать у себя волосы на голове и подсчитывать убытки, но быстро понял, что это путь в некуда.
Я ощущал себя крайне неловко в сложившейся ситуации, и очень хотелось покинуть эту квартиру так же, как ранее это сделала омега. Но держался изо всех сил. Я так много сил потратил, чтобы построить эти отношения с альфой, который держатся на добром слове и банке соплей, что меньше всего мне хотелось на это махнуть рукой. До сих пор думаю, что надо было сделать это как можно раньше, было бы меньше боли и больше толку.