Все же один из звонков увенчался успехом и мне ответил сонный Пол. Уже по голосу я понял, что в гробу все всё видели и никто не собирался, теряя тапочки, извещать преданных работников о неожиданных выходных. Три, мать его, дня. Я начал догадываться, что дела не в неожиданном отпуске близнецов, а в чем-то более интимном и соблазнительном. Например, в омегах. Я не стал озвучивать свои подозрения и просто надеялся, что Пол перезвонит и напомнит, когда закончится его отдых и любование задницами прекрасных течных омежек, и нужно будет выходить в смену.
Успокоив Стеф и направив ее мысли в более интересный для меня вариант – выходные с ней и, например, куча шампуров, полных сочного мяса с дымком – и мы направились осуществлять этот план. Смотреть на ее чертики в глазах, слегка плотоядную улыбку, ее задор и слышать прекрасный смех – лучшей награды не было во всем мире. Для моих ушей стало музыкой, когда я услышал приглашение девушки на концерт – она пригласила одну омежку, но та в последний момент отказалась и оставила альфу ни с чем. Не пропадать же билетам, верно? Да, в душе грызся червячок, что пригласили меня постольку-поскольку, просто потому что я рядом и удобен, но это не уменьшало радости. Помню, как прыгали с ней под оглушительную рок-музыку, с каким напором и азартом она врывалась в слем, как кричала мне в ухо и, будучи уже хорошенько пьяной, пила со мной на брудершафт. Перед тем как совершить рисковый поступок, она подмигнула мне и горячо шепнула в ухо: «Смотри, как я могу». И через несколько минут я увидел ее танцующей на сцене с любимой группой, а за ней гнались охранники. Позже девушка добилась автографа от ее кумира и не забыла сфотографироваться, радуясь пополнению ее бережно хранимой коллекции. Она также отважилась на еще один рисковый поступок и попросила солиста расписаться на ее груди. Альфа смело расстегнула кожаную жилетку, я понял, что под ней ничего не было, и увидел этот ровный ареол сосков, их приятный темно-розовый цвет, небольшие выпуклости груди. Я замер от восхищения, пожирая глазами, как ухмыльнувшийся вокалист снимает колпачок маркера, и слегка облизывая губы, размашисто расписывается, непременно больше чем необходимо касаясь предплечьем груди Стеф. В тот момент я готов был сорваться и ударить по лицу мужчины, но сдержался, кипя гневом. После девушка пьяным и заплетающимся языком восторженно рассказывала, как она давно мечтала о таком автографе, попеременно спрашивая, почему я такой злой и не понимала моих реакций и отмашек.
Я и сам их не понимал. Я знаю, мне не на что надеяться, ни о каком «долго и счастливо» не стоит и говорить. Она альфа, я бета. Мы будто двое мужчин, просто теперь природа имеет многие причуды, и люди с мужской функцией могут выглядеть как женщины. Я как мог себя отвлекал от такой простой мысли, что мне уже плевать, как выглядит Стеф, есть у нее член или нет. Я просто дико хотел её. Чтобы эта девушка была моей, и никто не смел более прикасаться к ней, кроме меня. Как и ее смех, задор, улыбка, эти зеленые миндалевидные глаза и запах… этот чертов запах миндального печенья, который сводит с ума и не перестает отдавать истомой в паху каждый гребанный раз, когда я его вдыхаю! Я уже всерьез задумывался, чтобы сменить работу. Каждую смену со стояком в течение 12 часов – это тяжелое испытание. И если бы оно как-то вознаграждалось вечером… Но нет, все оставалось на растерзание и ублажение моей правой руки. Однажды дошло до того, что укладывая очередной раз спать пьяную в драбадан альфу, она горячим шепотом опалила ухо заверениями, что я самый лучший мужчина в ее жизни. Пришлось буквально бежать и едва успеть снять штаны, чтобы кончить, жалобно скуля. Таким жалким я себя никогда не чувствовал, даже если член падал в самый ответственный момент.
Так продолжаться дальше не могло, и я начал потихоньку искать вакансии в других пекарнях. Но не успел известить о своем намерении, как утром увидел разъяренного Пола, что со всей силы долбил стены, мебель, разбивал все, до чего дотягивалась рука альфы. С великим трудом я сумел его успокоить и сбегать за пивом и сигаретами. Впервые в жизни я видел настолько несчастное и одновременно злое лицо мужчины. Он вдыхал глубоко никотиновый дым, кашлял до слез и запивал это холодным пивом, немного смягчая разодранное горло. Тогда то мы и узнали, что Джастин снова сбежал, но теперь обстоятельства были куда хуже. Хозяин пекарни рассказывал обо всем хрипло, тихо, с отчаянием в голосе. Про омег, про течку, про Истинных, что они вчетвером связаны друг с другом. Как все хорошо начиналось, и как трагично закончилось. Стефани сидела рядом с нами, молча слушая и впитывая каждое слово мужчины, и соглашалась с ним. Она была за решение врачей и пыталась выразить поддержку, показывая, что они делают правильный выбор. Одновременно шикая на меня, потому что я был совсем иного мнения. Я не понимал их состояний на фоне гормонов и этих бесконечных запахов, фраза «Истинная Пара» вызывала во мне лишь изогнутую бровь и недоумение. Однако я понимал - это их мир и мне его не познать в нужной степени, чтобы быть в курсе, что они чувствуют.