После двух дней размышлений я понял, что мой мозг кипит и мне очень нужна поддержка. Жизненно необходима. Дорога пела мне о том, как здорово сесть за руль и поехать, куда глаза глядят. Но страх неизвестности и опасности не отпускал мой мозг. И решившись, я позвонил Джастину. Обрисовал ему картину без объяснения основной причины моего желания уехать, он принял приглашение и уже на следующий день мы ехали в ту сторону, куда полетела первая увиденная нами птица.
Как было непривычно находиться на пассажирском кресле, ловить лицом прохладный ветер, который уже навеивал мысли о приближающейся весне, о первой капели, легких задорных ветрах, о вкусном запахе новой жизни. Я старался освободить свою голову от всех мыслей и просто быть. Мы останавливались в каких-то кафешках, лениво болтали на незначительные темы, обсуждали фильмы и книги, моменты, что увидели в дороге. Для меня было странным, что Джастин ни разу не поинтересовался реальной причиной того, почему я хотел уехать из города, вообще, из области. Но потом просто решил все пустить на самотек и слушать то, что хочет сердце.
Прошла неделя, что мы находились в пути. По дороге с нами происходили разные ситуации. Мы травились в разных придорожных кафе, и потом всю дорогу часто останавливались и помечали каждые мало-мальские кустики. Или некоторые омеги легкого поведения путали нас с дальнобойщиками и предлагали свои увеселительные услуги в обмен на проезд до какого-нибудь города. Однажды я чуть не повелся, если бы не чуткий нюх Джастина на разные схемы грабежа. Нам дырявили колеса, чтобы остановить машину и вывернуть наши карманы, но альфа и здесь не был промахом, храня в бардачке заряженный пистолет. Я каждый раз удивлялся, насколько этот человек приспособлен к дороге и различным происшествиям на ней.
И вскоре случилось событие, ради которого жизнь отправила меня в путь. Шину нашего автомобиля проколол большой кусок стекла, который мы ни сразу увидели на повороте. Находясь в нескольких сотнях километров от населенного города, я думал, что придется идти пешком несколько дней только для того, чтобы получить помощь. Мобильники сели и вызвать помощь в виде эвакуатора не представлялось возможным. Да и кто поедет в такую даль?
Тем не менее, жизнь оказалась более снисходительна к путникам, чем мы думали. Мимо проезжал тракторист, который заприметил нас издалека и решил поздороваться. Звали альфу Алекс, и он очень удивился, чем мы прокололи колесо. Прицепив нас тросом к своему трактору, он довез нас до ближайшей деревни, где мы уже с мужиками смогли поменять важную деталь автомобиля, чтобы на следующий день отправится в город для осмотра машины. Вдруг что-то серьезней задело, чем просто колесо?
Жены наших автомехаников защебетали и утащили всех домой, накрыв на стол и поставив много самогона. Новые лица редко увидишь в их краях, поэтому любые новости и вообще общение считалось очень важным атрибутом сельской жизни. Мужчины задорно и громко смеялись, рассказывали деревенские байки и звали с собой париться в бане. Поначалу хотел отказаться, но Джастин взял меня за шкирку, и мы отправились со всеми в адово пекло. По-другому эту температуру в помещении назвать никак нельзя! Мозг буквально вытекал из ушей, на скамейке тело поджаривалось, а сверху молотили веничками, громко хохоча и басом комментируя мое сжимающееся очко от каждого хлесткого удара. А каким ледяным казался снег после этого пекла! А мужики лишь гогоча, с легкостью натираясь этими колючими льдинками, валили нас в подтаявшие сугробы и убегали обратно в тепло бани.
А потом, распаренных и совсем ошалевших от таких деревенских забав, нас кормили бужениной, самогоном и вкусными пирогами из замороженной клюквы. Мне казалось, что мой организм не выдержит таких издевательств и завтра просто свалится с температурой, но один из банщиков заверял, что будем как новенькие. Нашим душам тоже периодически нужна передышка, чтобы смыть с себя грязь событий и мелких дрязг, дабы расправить крылья и полететь в новые приключения.
Джастин уснул после всех этих мероприятий сразу, а меня мучало много мыслей. Они скакали как кони, несмотря на усталость и опьянение, кидая меня от случая со Стефани, и обратно к недавним событиям с Бетти. Я не понимал, что хочет моя голова от меня, и на едва гнущихся ногах ушел на кухню. Включив настольную лампу и налив себе холодной воды, я пил медленными глотками, периодически прижимая стакан к горячему лбу. Время утекало незаметно, в таком положении меня заметила одна из омег, что зашла на кухню. Возможно, было ранее утро, она обеспокоенно посмотрела на меня и отправилась обратно в спальню. Вернулась уже с мужем, тем, кто говорил, что после бани буду спать аки агнец.