«Можете быть уверены, что мы с Ру полностью в курсе дел друг друга, и между нами царит полное согласие», — вновь всплыли в памяти Ру слова Маркуса. Но ведь дело обстояло совсем не так. Его финансовое положение они вообще не обсуждали, а вот о финансовом положении Ру Маркус был хорошо осведомлен. Кое-что он знал из ее рассказов, остальную информацию мог почерпнуть из других источников.
Маркус утверждает, что любит ее, и у нее нет оснований сомневаться в этом. Но женился бы он на ней с такой поспешностью, если бы не узнал о проблемах, связанных с поместьем? Если бы она не была Тревэлин? Даже Тим упомянул о ее богатстве, Маркус, видно, не делал из этого секрета.
Ру пыталась отогнать эти мысли, но, чем сильнее она старалась отбросить свои сомнения, тем настойчивее они одолевали ее. В конце концов, совсем обессилев, Ру уснула.
Утром она проснулась раньше Маркуса, и лежала, глядя на его лицо. Во сне он выглядел моложе, черты лица были менее резкими и суровыми. Через несколько минут Маркус пошевелился и открыл глаза.
— Благодарю Бога за возможность лежать рядом с тобой, — были его первые слова. Он обнял Ру и притянул к себе. Она уткнулась щекой в его плечо.
Вроде все было хорошо, но Ру чувствовала, что между ними все еще лежит тень отчуждения. У нее был выбор: либо не обращать на эту тень внимания, притворяясь, что той не существует, либо откровенно поговорить с Маркусом. Но что может изменить этот разговор? Он станет отрицать ее обвинения, а может быть, признает их. При любом варианте она мало что выиграет от этого. Значит, лучше уж довольствоваться тем, что есть. Любовь есть любовь, от нее никуда не деться. А тень отчуждения… Тени ведь рано или поздно исчезают.
Днем Тим отвез их на машине в Голден Лод, и Ру впервые увидела поместье, оказавшее столь сильное влияние на ее жизнь. Она полагала, что это хотя и старинный, но сельский дом, поэтому была буквально потрясена представшей перед ее глазами картиной.
— Боже мой! — воскликнула она.
Маркус усмехнулся.
— Впечатляет, да?
— Господи, как называется этот стиль?
— Готика, наверное. Если у него вообще есть название.
Ру покачала головой. Дом, выстроенный из кирпича и камня, с башенками, печными трубами и коваными решетками, действительно напоминал замок.
— Ну, прошу в дом, дорогая, — пригласил Маркус. — Только сначала заберем вещи из машины, чтобы Тим мог побыстрее вернуться к Элане и детям.
Сам вид этого миниатюрного замка наводил на мысль, что сейчас их выбежит встречать куча слуг, но Тим уехал, а к ним так никто и не вышел.
— А где… все? — занервничала Ру.
— Слуги бастуют, требуя прибавки к жалованию, привидения обедают… А если серьезно, то большая часть работников помогают в Роселле, остальные ушли со скотом в предгорья.
— Понятно. — Кроме дома-замка Ру увидела еще несколько обычных зданий, разбросанных на склоне холма. — А что там?
— Помещения для стрижки овец, зернохранилища, конюшни и все такое прочее, — пояснил Маркус. — Подожди минутку, я пока отнесу вещи и проверю, как там дела. — Он отпер дверь и ушел, Ру осталась ждать.
Вернувшись, Маркус с улыбкой подхватил ее на руки и поцеловал в губы.
— Добро пожаловать в Голден Лод. — Он перенес Ру через порог и опустил на пол в холле. Холл был высокий, просторный, и Ру уже не удивилась тому, что свет сюда проникал сквозь два окна с витражными стеклами, бросавшими на пол золотистые и голубые блики. В глубине холла находилась отполированная до блеска деревянная лестница, достойная того, чтобы по ней поднимались лорды и леди, а по бокам от нее — две более скромные лестницы, видно для людей попроще.
— Теперь понятно, почему Джон с гордостью говорил о своем поместье, — сказала Ру.
Маркус нахмурился и пожал плечами.
— Не слишком ли часто мы вспоминаем этого чертова Джона?
— Но ведь он главный виновник того, что мы с тобой здесь и что мы с тобой вместе.