— Но оно все-таки существует. И существовало на протяжении многих лет. Земли, дом, другие строения — все это ты не можешь просто взять и бросить.
— Да, я понимаю, но чтобы поставить поместье на ноги, необходимо срочное вливание в виде наличных денег. А я сомневаюсь, что банки встретят меня с распростертыми объятьями, если я обращусь к ним за ссудой.
Ру открыла рот, собираясь что-то сказать, но передумала и лишь покачала головой. По большому счету Ру была прекрасным компаньоном, умным, энергичным. Физическая близость, как и прежде, доставляла им наслаждение, однако, похоже, чувство единства уже нельзя было восстановить. Они придерживались основных правил поведения, были откровенны друг с другом, советовались, но все это казалось Ру каким-то… искусственным.
Конечно, наряду с заботами существовали и хорошие моменты, иногда они чему-то радовались, веселились. Часто бросались в объятья друг друга, охваченные внезапным взаимным желанием. Ру восхищалась домом, желала знать его историю, рылась в комодах и сундуках в надежде найти что-нибудь необычное.
— Ничего ты не найдешь, — заверил ее Маркус, застав как-то за этим занятием.
— А почему ты решил, что я что-то ищу?
Ру стояла перед ним с распущенными волосами, блузка соскользнула с плеча, открыв коричневое родимое пятно в виде сердечка, которым Маркус так восхищался с самого начала. Нагнувшись, Маркус поцеловал родимое пятно и прижал ее к себе, вдыхая запах ее кожи и волос.
— Ты не найдешь никаких старинных ценностей, — повторил он, целуя Ру в шею. — Ничего такого, что можно было бы продать на аукционе «Сотби» и поправить финансовые дела. Ни забытых завещаний, ни бриллиантов, спрятанных в швах одежды.
— Откуда ты знаешь?
— Поверь мне, дорогая, если бы имелось что-либо такое, мама давно бы уже это нашла. Не забывай, она прожила здесь всю жизнь.
Ру тоже поцеловала Маркуса и отошла к окну. Окно маленькой чердачной комнаты выходило на запад, воздух пронизывали золотистые лучи заходящего солнца. Маркус засунул руки в карманы и смотрел на красивую женщину, которая — невероятно, но факт — была его женой, но временами казалась столь же далекой, как это уходящее за горизонт солнце. Тут Ру вздохнула и повернулась к Маркусу.
— Не ругай меня за то, что я хочу отыскать пару золотых самородков, — сказала она.
Маркус снова обнял ее, и несколько секунд они стояли, не шевелясь. Затем Маркуса захлестнул внезапный прилив страсти, он наклонился и жадно поцеловал Ру. Та задохнулась от поцелуя и вцепилась пальцами в его плечи, словно это был спасательный круг. Крепко прижимая Ру к себе, Маркус отвел ее в спальню, которая находилась этажом ниже. H они предались любви, ощущая слияние не только тел, но и сердец…
— Тебе было хорошо? — спросил Маркус, когда их дыхание восстановилось настолько, что уже можно было разговаривать.
— Мне всегда хорошо с тобой, и ты это знаешь. Но иногда…
— Что иногда? — оборвал Ру Маркус.
— Иногда мне хочется, чтобы мы вот так просто лежали, обнимая друг друга и больше ничего.
— Возможно, когда-то мы придем к этому, — печально промолвил Маркус. — Ладно, давай полежим… если только у тебя нет других планов.
— Никаких, во всяком случае в течение часа. Мне осталось осмотреть всего одну каморку на чердаке.
Позднее Ру осмотрела и ее, но не обнаружила ничего интересного. Жаль, но в этом замке в готическом стиле не было ни привидений, ни кладов и, похоже, вообще никаких секретов.
Прошли первые две недели их семейной жизни. Если не считать поездки в больницу к Элане да нескольких случайных встреч с пастухами, Ру не видела никого, кроме Маркуса.
За это время пришло несколько писем, адресованных Джону.
— Думаю, нам следует вскрыть его, — заявила Ру, когда пришло первое письмо.
— И я так считаю, — согласился Маркус. — Предоставить эту честь тебе как его бывшей невесте, или это сделаю я как его пасынок?
— Вскрывай ты. Я уже лишилась звания невесты, а ты остаешься пасынком… Если только не хочешь считать меня падчерицей Джона.
— Ни в коем случае. — Маркус вскрыл конверт, но в нем оказался очередной счет, на этот раз за техническое обслуживание и ремонт автомашины, произведенные в Гоулберне. — Любопытно, очень любопытно, — промолвил он, глядя на дату. — Пока ты волновалась, отменять свадьбу или нет, Джон чинил машину в Гоулберне. — Маркус позвонил в гараж и оплатил счет, сообщив номер своей кредитной карточки. — Они не знают, куда он направлялся, — раздраженным тоном сообщил он после телефонного разговора. — Думаю, они вообще его не помнят.