Он видел много богато обставленных домов и даже замков, но для Карины владения Гашика стали, по-видимому, одним из первых свиданий с большими деньгами.
О своей семье и клане Вальдштейнов Бэй ничего ей не рассказывал. Эта часть его жизни оставалась пока за пределами их отношений.
Решение проверить перед сном телефон немного подпортило благодушное настроение вечера. Среди вполне ожидаемой корреспонденции и сообщений Бэй увидел короткое сообщение от Нормана Келли.
— Соглашаться.
Давид Гашик был результатом смешения кровей нескольких национальностей с ярким преобладанием еврейской крови во внешности и характере. Еврейский нос был увеличен и дополнительно изогнут армянскими генами, а темно-голубые глаза можно было отнести на счет русских, белорусских или немецких предков. Давид родился в Одессе, и как только открыли границы, уехал вместе с мамой из Союза в Израиль. Первые годы он активно богател за счет разваливающейся страны, с бульдожьей хваткой удерживая табачные потоки, потом создал крупную компанию по оптовой продаже лекарств. Как только на смену президенту со склонностью к выпивке пришел президент с прошлым в органах, Гашик продал весь бизнес в России и отказался от русского гражданства, перенеся свои интересы в другие части мира. Основными партнерами финансовой империи Гашика стали китайские и индийские компании, появлялась в Интернете информация о его вложениях в Танзании и Кении. Кроме направлений деятельности, Давид поменял место жительства, выбрав вместо жаркого Израиля туманный Альбион. Образом жизни Гашик напоминал Ричарда Бренсона — его компании продолжали богатеть, а сам хозяин успевал наслаждаться богатством и вдохновлялся на новые идеи в путешествиях, но чаще всего за высокими заборами своих владений на Майорке.
С первого вечера стало понятно, что Давид умеет располагать к себе людей и быть очаровательным, а его по-доброму смешной вид помогает находить союзников и сбивать с толку соперников. Бэй даже подумал добавить к эффекту инвалидного кресла Кардинала эффект нелепой внешности и грушевидной формы тела Гашика.
Утро следующего дня началось с криков павлина.
— О дом контрастов, — простонал Бэй, отказываясь открывать глаза. — Умный хозяин, который выглядит, как добродушный идиот, птицы, потрясающие не хвостами, а противными голосами. Уставшая девушка, которой почему-то не спится по утрам.
Карина действительно уже встала и, услышав бурчание Бэя, открыла шторы, запуская в комнату безжалостное испанское солнце.
— Жестокая, — завыл он, сжимая глаза, — ты не добавляешь мне любви к острову!
— Время утренней пробежки. То, что мы проводим ночи в одной постели, не отменяет ухаживаний, а значит, мой верный компаньон, запрыгивай в спортивные трусы. И я жду от тебя брелка с островом мечты Давида Гашика.
Пришлось подчиниться.
Выйдя из домика, гости застыли, пытаясь сориентироваться, куда идти. Один из работников сада оставил тяпку у дерева и, подойдя поближе, обратился к Бэю на испанском, предлагая отвести к хозяину. Значит, появления гостей ждали, и обслуживающему персоналу уже было известно, что Кобейн говорит на испанском языке.
— Смотри, — Карина показала рукой куда-то за спину и вверх.
На крыше домика, из которого они только что вышли, сидел белый павлин с облезлым хвостом, свисавшим вниз несвежего вида тряпкой.
— А вот и обладатель волшебного голоса и хвоста, подобного голосу. И он…
Хотел продолжить Бэй, но Карина сделала это за него:
— Не добавляет тебе любви к острову.
Гашик не спал не только по ночам, но и просыпался с петухами. Или с павлинами.
— Может, прекрасная птица сначала ходит вокруг окон хозяина? — прошептал Бэй на ухо Карине, не упустив возможности поцеловать.
Птицы оказались ни при чем, Давиду хватало четырех-пяти часов сна, о чем он сам и поведал ранним гостям.
— Вот такие ментальные киборги и становятся миллиардерами, — говорил Бэй, пока они с Кариной бежали вдоль узкой, пыльной дороги ведущей к морю, — Нам с тобой нужна физическая нагрузка и часовые тренировки, пока Гашики лупят палками по мячикам для гольфа.
— Это зависть, детектив Ван Дорн?
— Это констатация факта.
Утром субботы гости были предоставлены самим себе, с возможностью осмотреться и составить планы на следующий день, а за вторым завтраком представлены жене Давида, возвышавшейся над мужем на целую голову. При модельной внешности и увлечении пластической хирургией Лори не производила впечатления говорящей рыбы. Кроме жены, в угоду клише были гольф, теннисный корт, гараж с набором дорогих машин и парой мотоциклов, вертолетная площадка и конюшня. А еще дрон, который запускали в саду упитанные невысокие дети.