Кардинал позвонил в первый же вечер, чтобы выяснить, как устроился его подопечный, и поставил в известность о своем скором приезде. Также сообщил, что персональный физиотерапевт Анджи уже в Нидершерли и начнет работать с Кобейном для поддержания и укрепления мышц с завтрашнего дня. Массажист клиники был достаточно высокой квалификации. Тренер Бэя из Голландии приедет к концу недели.
Положив трубку, Кобейн посмеялся. Похоже, жизнь превращалась в более не подконтрольный ему фарс. Стоило начать копаться в тайнах Кардинала, как последний сделал из Бэя нечто, похожее на личный проект.
Это впечатление только усилилось в последующие дни. Даже появилось подозрение, что Анджи воспользовался переломом Кобейна как поводом, чтобы отдать племянника в руки врачей для полного медицинского обследования. Назвать иначе некоторые исследования было невозможно. Из вен Кобейна выкачали литры крови, сняли все биометрические показатели, он провел не один час в электродах и проводах и даже испытал степень своей клаустрофобии в трубе МРТ.
Клаустрофобией он не страдал.
Можно было попробовать посопротивляться роли подопытного кролика, но Кобейну стало любопытно посмотреть, как далеко хотят залезть в тайны его тела врачи, а с ними и Анджи. Может, тогда появятся какие-то подсказки о том, что ищет в потомках Великий Комбинатор? Интересно, были ли другие члены семьи объектами объявленного или скрытого медицинского исследования? Стоит заглянуть в списки прошлых пациентов клиники и поспрашивать некоторых родственников.
Преимуществом тщательного обследования стало то, что Кобейн получил возможность увидеть почти всю клинику и узнать ее персонал. Работа небольшой больницы была отлажена, как надежные швейцарские часы — никакой суеты, только чинное спокойствие. Создалось впечатление, что весь механизм вращается только ради одного пациента. Большинство врачей работали лишь несколько часов в неделю или появлялись под конкретного гостя, как называли постояльцев в Нидершерли. Иных приглашали для консультаций.
Постоянный штат состоял из небольшого набора специалистов, (в их числе был психиатр, наблюдавший жену Анджи), младшего медперсонала и старших медсестер. Кобейном занимался хирург, ортопед, и еще с ним регулярно встречался главный врач. Слишком много внимания, которое на это раз оказалось кстати, потому что давало возможность смотреть, слушать, делать выводы и заводить полезные знакомства.
Например, с секретарем главного врача — Розой. Бэй подарил ей букет нежно-розовых далий со словами, что розы женщине наверняка надоели, и заработал восхищенную улыбку и заинтересованный взгляд. Секретарь была неудачно замужем, не очень молода и в том возрасте, когда даже мимолетное внимание молодого привлекательного мужчины ценится особенно высоко.
Или с Тессой, главным физиотерапевтом. Физиотерапия в клинике ценилась в духе времени, поэтому ее назначали практически всем пациентам, независимо от диагноза. Оказалось, что в детстве Тесса увлекалась фигурным катанием, но травма колена заставила девушку оставить спорт. Бэй нынешний знал о фигурном катании так много, что без труда превратился в желаемого собеседника.
Немногочисленные пациенты, проживающие в клинике, избегали встреч с другими больными, пользуясь предоставленной конфиденциальностью, и знакомиться с кем-то из них в планы Бэя не входило. Хотя узнать, кто лечится в Нидершерли, было любопытно. Может, президенты? Если не стран, то крупных компаний? Тажинские? Или Атиллы не болеют?
Первые две недели Кобейна-пациента оказались насыщенными. Ежедневные встречи с врачами, процедуры, новые исследования и обследования — кто бы знал, зачем? Занятия с физиотерапевтом Кардинала, с собственным тренером Барном, оказавшимся то ли в командировке, то ли в отпуске, потому что, кроме Кобейна, пациентов у него в Нидершерли не оказалось, зато была куча свободного времени, номер в гостинице неподалеку в деревне и приличная оплата за то, что на некоторое время оставил привычную жизнь.
Бэй много работал на компьютере и по телефону, небольшими шагами приближаясь к сокровенным секретам частной клиники.
Как, например, в тот день, когда он подслушал разговоры в приемной и после этого пришел к главному врачу в правильное время — почти сразу же господина Венсприлен позвали встретить важного пациента, и Кобейн несколько минут оставался в кабинете один. Он успел просмотреть документы на столе и запомнить названия отчетной организации и нескольких спонсоров клиники. И нашел, где находился сейф.