«Будь сильной, – она закрыла глаза. – Ты сможешь. Ты справишься».
Рука перестала дрожать. Нож, все ещё обжигающий, спокойно лежал в ладони, словно он для того и был сделан. Буря в душе улеглась, и лишь пенистые барашки волн напоминали о прошедшем шторме. «Возьми себя в руки». Она встала. Тишина коридоров не давила, лишь настораживала – любой звук будет подхвачен эхом и отнесён во все концы дома.
Сирокко потянула дверь, и ей в лицо дохнуло тепло.
Комната оказалась симметрична покоям Нимфеи, но была явно темнее. Сирокко уже была здесь раньше с Дейтерием и Эблис, но тогда она была слишком взбудоражена и ничего толком не разглядела. Напротив двери стояла широкая кровать с балдахином, к которой теперь неспешными шагами приближалась Сирокко.
Луна уже заходила, и её свет попадал прямо в комнату: в её белесых лучах танцевали пылинки. Сирокко подошла вплотную и всмотрелась в лица лежащих на кровати людей. Рядом с Валлаго спала красивая молодая девушка. Её белые, похожие на холодный вечерний туман кудри раскинулись по подушке, и во сне она слегка улыбалась. От неё пахло карамелью и вафлями.
Боль тихо кольнула сердце Сирокко. Она знала и лгала себе – раз за разом пыталась доказать, что ошиблась, что это не правда. Но сейчас, когда подтверждение тяжелых мыслей лежало перед ней на шелковых подушках, она не чувствовала ничего, что могло бы перевернуть её мир.
Сирокко коснулась ладонью груди Валлаго, нащупывая, где находится его сердце. Почувствовав уверенный стук, она достала из-за пояса прозрачный желтоватый платок. Она тщательно вытерла рукоять и потом, обхватив её рукой поверх тонкой ткани, молниеносно ударила лезвием в грудь Валлаго.
С его губ сорвался тихий вздох. Сирокко вновь дотронулась пальцами до груди господина и, к своему удивлению, вновь почувствовала стук. «Промахнулась», – поняла она. Сирокко задумалась, пытаясь вспомнить уроки Содалита об оказании первой помощи.
«Если человека ранили в грудь или живот, и рана кажется серьезной, не вытаскивайте из раны оружие, – готовил он. – Потому что тогда человек умрет от потери крови».
Недолго думая, Сирокко выхватила нож из тела. Следом за ним из раны толчками начала вытекать темная кровь, бликами переливающаяся в свете луны. Рубашка, одеяло и подушка потемнели, и пятно продолжало расти. Сирокко вновь воткнула в рану нож, подвернула одеяло так, чтобы закрыть им кровь, и заткнула испачканный темными каплями платок за пояс. Замявшись, она все же решилась толкнуть спящую девушку, чтобы разбудить её. Потом тихо вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Дрожь вновь сковала все её тело. Осознание медленно подбиралось ближе, и жалкие слова оправдания пустыми фразами падали в бездну.
Сирокко опустила голову и с непониманием посмотрела на свои руки. По ним, от пальцев к запястьям, стекали бордово-красные ручейки крови. Капли падали вниз, с ужасающей ритмичностью разбиваясь о светлый мраморный пол. Сирокко почти не чувствовала своего тела, а от затылка по позвоночнику прошла ледяная волна. В грудной клетке поселилось липкое чувство ужаса и отвращения. На Сирокко накатила тошнота, а мир в глазах потемнел по краям.
— Что я сделала? – словно в лихорадке, шептала убийца. – Что... зачем?
Близился рассвет. Безумие ночи подходило к концу.
Глава 33
Руки жгло огнём. Сирокко в исступлении тёрла их мочалкой, пытаясь смыть липкую кровь. И пусть красных разводов на них уже не было, ей казалось, что кровь въелась в каждую пору на коже и теперь разъедала её изнутри.
Шум бегущей воды усиливал головную боль, ужас и отвращение выворачивали желудок наизнанку. Тело била дрожь.
Сирокко швырнула мочалку в раковину и села на пол. Ноги не держали её, и в груди с ужасающей скоростью рос непреодолимый гнев. Ставшая убийцей, девушка пыталась его сдерживать, но это мало получалось; в конце концов она вскочила на ноги и полубезумными глазами окинула комнату.
Первым делом она рывком выключила воду, едва не вырвав кран из стены. Потом резкими ударами начала громить комнату вокруг, снося полки, подставки и шкафы. Краем сознания она понимала, что шуметь нельзя, но исступленный гнев быстро закрыл это место ненавистью.
Что она сделала не так? Она старалась, так старалась сделать свою жизнь лучше! И чем она отличалась от детства? К чему привело желание быть собой?