— Не хочешь со мной потанцевать? – повернувшись к гостю, с улыбкой спросила она.
Глава 39
Сирокко остановилась посреди пустующего тренировочного зала. Оружие было собрано и аккуратно лежало в углу, ожидая рассвета. В комнате не было окон, которые смогли бы напугать своей бездонной чернотой, поэтому зал был наполнен лишь удушливым полумраком. Ветер скользнул следом за подругой, взметнув кверху её растрёпанные золотистые волосы.
Сирокко молча повернулась к Араану и приняла протянутую руку.
— Надеюсь, ты умеешь танцевать танго? – усмехнулась она.
— Надеюсь, ты не боишься высоты? – ехидно ответил он, и в его прозрачных глазах мелькнула сталь.
Сирокко не успела ничего понять, когда пол внезапно ушёл у неё из-под ног. Инстинктивно схватившись за Араана, она мыслями потянулась к ветру, но он ответил печальным бездействием. Он не может помочь без танца, а танцевать в падении невозможно. Сирокко зажмурила глаза, чувствуя, как сердце сейчас выпрыгнет из груди.
— Кто-то хочет с Сферу Стихий, но все ещё не может победить животные страхи, – прошептал Араан на ухо спутнице, и о его горячего дыхания по её шее пробежали мурашки. – Открывай глаза, трусиха...
Сирокко вспыхнула и немедленно распахнула глаза. В тот же момент она изумленно выдохнула, на мгновение разжимая кулаки. Вокруг переливались и сияли миллионы больших и маленьких звёзд, созвездий и звездной пыли. Они пульсировали и мигали разноцветными огнями, то дальше, то ближе вспыхивали взрывы. Везде вокруг находилось бессчетное количество космических тел, и от их близости захватывало дух. Казалось, что время застыло, позволяя Сирокко рассмотреть их; будь она поэтом, непременно воспела бы то величие хаоса, которое царило вокруг.
— Это мой дом, – прошептал Араан, с лукавой улыбкой следя за затаившей дыхание Сирокко.
Его забавляла наивность и самонадеянность ученицы, но он не мог ими не восхищаться. Она была далеко не глупа, а значит, прекрасно осознавала своё место в мире. Пусть оно было не последним, однако все ещё оставалось внизу; даже такой мудрый маг, как Араан, удивлялся целеустремленности Сирокко. Ведь она была совсем дитя – пусть скоро ей исполнится восемнадцать, её душа все ещё была отдана беззаботной поре детства. Но она все равно шла вперёд, не обращая внимания на изменение мировоззрения. Её цель открыть Врата оказалась истинной, и Араан всем сердцем надеялся и боялся, что Сирокко её достигнет. Видит Вечность, эта девочка сможет изменить судьбу целого мира. Он сделал на неё ставку и не собирался проигрывать.
Сирокко удивленно рассматривала открывшийся ей мир, и одновременно ей было страшно от того, что она оставалась совсем маленькой, почти ничтожной на фоне всего этого бесконечного пространства. Сирокко вдруг осознала, что мир не крутится вокруг неё; что у него есть собственный ритм, и чтобы успеть за ним, нельзя останавливаться. Мир был огромен, изящно красив, но страшен.
— Ты хотела танцевать, – напомнил Араан, улыбаясь. – Или испугалась падения?
— Я не боюсь падать, – резко ответила Сирокко, переводя взгляд на Араана.
Потом слегка разжала пальцы, которыми до побеления костяшек вцепилась в одежду Араана. Заметив, что не падает, она осмелела и выпустила ткань из рук. Ощущения были похожи на полёт, но сейчас она с безумной скоростью летела вниз, а не вперёд.
Араан галантно подал ей руку, приглашая на танец. Хотя Сирокко не представляла, как можно танцевать в падении, она, не задумываясь, протянула ему ладонь. Теперь она понимала, сияние каких звёзд отражалось в бездонных глазах мага, и, узнавая его все больше, Сирокко перестала удивляться.
Танец в падении был бы символичен... Как последняя искра умирающей звезды.
— Танго – танец страсти, – Араан притянул Сирокко к себе так близко, что она могла почувствовать тепло его тела. – Танец пламенного чувства. Испытывала ли ты его когда-нибудь?
— Не с тобой, – одними губами прошептала Сирокко.
Араан усмехнулся, но пропустил колкость мимо ушей. Вместо этого он перевёл взгляд вдаль, и теперь смотрел сквозь Сирокко в бесконечное звездное пространство. Мир вокруг начал стремительно меняться: из космоса танцующая пара упала в шелестящий зелёный лес, утопавший в нежном безмолвии. Тот резко сменился жгучей пустыней, дюны которой, словно горы, возвышались на горизонте. Казалось, что Араан одним желанием рассек само пространство, и теперь он вместе с Сирокко проваливался из одного мира в другой. Горячие пески исчезли, и их место заняли пенящиеся барашки волн. Море растянулось всюду, куда хватало глаз: оно сливалось с небом, небо – с морем.