– Сережка, они что на нас нападут?
– Да вряд ли. Это у Хичкока птицы на людей нападают, а здесь, может, им просто не очень нравится, что мы их тревожим. Или у них свои разборки.
– Нет, они на меня смотрят. Такое ощущение, что следят глазами, куда я собираюсь идти. Жутковато как-то.
– Не придумывай, пожалуйста. Пошли, вон там какие-то камни торчат из земли, вдруг надпись надгробная есть, хотя это и не похоже на кладбище. Но хоть что-то.
– Да, действительно, надо бы взглянуть.
Ребята совсем немного спустились вниз по склону, как галки вдруг слетели со своих мест и, шумно крича и хлопая крыльями, стали кружить над их головами. Леля от неожиданности вскрикнула и побежала, а огромная стая непонятно почему разозленных птиц, понеслась следом с победными криками. Сережа схватил первую попавшуюся палку и начал махать ею, пытаясь разогнать стаю, но получилось не очень эффективно.
С визгом Леля забежала обратно на территорию монастыря. Она решила спрятаться в церкви, но галки почему-то оставили ее в покое, едва она ворвалась за ворота и с удвоенной силой набросились на Виноградова. Героически сражаясь, он отступил к подруге. И с удивлением отметил, что как только он отошел на определенное расстояние, мерзкие птицы успокоились, расселись на своих ветках и стали победно отряхиваться. Очевидно, их конкретно куда-то не пускали. Галки следили за ребятами своими круглыми глазами, периодически возбужденно перекрикиваясь, но не предпринимали никаких агрессивных попыток ровно до тех пор, пока Сережа не попытался снова пробраться к берегу. Тут же раздался гвалт, и стая закружила над его головой, загоняя за монастырскую ограду.
Ребята были обескуражены таким поведением.
– Может, у них брачный период? Ты не в курсе? – Виноградов пытался найти разумное объяснение.
– Откуда я знаю? Я же технарь. К тому же, они больно умные и явно что-то охраняют. Смотри, вон женщина сюда идет, может, ее предупредить, чтобы не ходила?
– Нет, не поверит. Если что, конечно, поможем, а так неудобно. Вдруг они только на твою красную куртку реагируют.
– Очень смешно. Даже быки на красный цвет не реагируют, да будет тебе известно.
Женщина, тем временем, вышла за ворота и спокойно пошла по тропинке куда-то по своим делам. Ребята молча смотрели ей вслед и делали это так выразительно, что она даже обернулась. Леля улыбнулась в ответ и обреченно произнесла:
– Эти галки нас караулят. Вот мерзавки! – и погрозила им кулаком.
– Значит, мы на правильном пути, раз они нас туда не пускают, – оптимистично сказал Сережа, – Послушай, они ведь на нас не сразу напали, а только когда мы уже прошли какое-то расстояние.
– Да, вначале они только кружили, а драться стали, когда я подошла близко вон к тому кусту. Но там вроде ничего не торчит из земли. Надгробие намного правее.
– Странно и интересно. Мистика какая-то, без ангелов нам явно не обойтись. И куда они запропали? Мокий, Феодорит! Нужен ваш совет, – позвал он друзей.
И они с удовольствием услышали родной голос:
– Ну, наконец-то позвали, а то мне уже скучно. Феодорит говорит, не вмешивайся, они должны сами определиться. Человек идет по человеческому пути, нам нельзя встревать без разрешения.
– Конечно, – продолжил тихий голос Феодорита, – зато они нашли, где искать. А разгони мы сразу птиц, так и прошли бы мимо.
Он махнул рукой, и Леля увидела, как стая галок с шумом снялась и улетела на другой берег реки.
– Эти галки – привет от Сайгона. Ему здесь нельзя находиться. Монастырь для бесов невыносимое место. А галок наслать в его репертуаре. Но он глуп и не понял, что только помог вам. Они ведь должны были вас куда-то не пустить. Зато теперь мы знаем куда.
Мокий был очень доволен.
– Давай, давай! Пошли скорее. Ну, в каком месте они напали?
– Вот, именно здесь. Только тут ничего не видно.
Ребята присели на корточки и стали разгребать еще холодную землю.
– Подожди–ка. Совсем забыл, – Сережа скинул свой рюкзак и достал оттуда небольшую саперную лопатку. – Вот так будет быстрее и надежнее.
Несколько взмахов, и лопата ударилась о твердый камень. Сергей начал методично и терпеливо расчищать поверхность. Камень был обычный, серый, но через некоторое время стало понятно, что он обработан человеческими руками, так как имел округлую и плоскую форму.
Еще через полчаса работы стало видно, что перед ними большой плоский камень размером два на два метра. Летом его невозможно было бы найти: примерно в десяти сантиметрах под землей, весь поросший травой, он вообще никак не выделялся бы на поверхности. Только весной можно было нащупать его контуры.