Ну да, а что ты скажешь на это, дерьма кусок⁈
«РЭМБО! ВПЕРЁД!» — крикнул я, указывая цель.
И попугай выпустил в печать на алтаре серию огненно-кислотных шаров. Друг за другом. Первые три шара прожгли естественную защиту, которую обеспечивала странная энергия сверху. А остальные врезались в алтарь.
Точечный удар оправдал себя. Несколько символов просто растворились, их выжгла концентрированная кислота. Поток тёмной энергии сверху прервался, превращаясь в струйку, затем вовсе прекратился.
— Да как ты смеешь, щенок! — зашипел Шувалов, оскалившись. — Даже ты бессилен против Великой Тьмы!
— Зато ты сейчас бессилен против Великой Змейки, — оскалился я в ответ, слыша один из самых приятных звуков в своей жизни — звук победы. Точнее, хруст последней ловушки. Кузьма справился!
Шувалов резко поднял голову, замечая огромную пасть призрачной змейки.
— Что за… — прохрипел он, но это были его последние слова.
Змейка материализовалась, проглатывая рычащего Шувалова целиком. Затем выплюнула тёмное облако и громко икнула.
Воцарилась тишина. Ни потусторонней энергии сверху, ни князя, который только что трансформировался в абсолютное зло. Лишь всхлипывания тёмных жрецов позади и звуки чапающего ко мне довольного Кузьмы, из пасти которого торчала антенна одной из ловушек.
Рядом со мной встал Орлов, покосился на алтарь.
— И что? Это победа? — тихо спросил он.
Даже я не верил, что всё уже кончено. Что уж говорить об окружающих.
— Вроде как да, — так же тихо ответил я. — Она самая.
— ПОБЕДА! — закричал Игорь, а следом за ним этот клич подхватили остальные.
— Шувалова надо было брать живым, — печально сказал Орлов и тут же добавил:
— Но я понимаю обстоятельства. Поэтому к тебе нет претензий.
Охренеть! Я устранил главную угрозу. И ещё ко мне нет претензий! Спасибо вам и низкий поклон, о сам министр обороны всея Империи. А если честно — пошёл ты на хер! Видеть тебя больше не хочу.
Хотел я ему это бросить в лицо. Но решил не обострять и так натянутые отношения. Просто демонстративно отвернулся, погладив Рэмбо, усевшегося ко мне на плечо.
— Шеф, это была отличная битва, — ответил Акулыч, мерцая красными зрачками. — Я никогда в таком ещё не участвовал.
— Да ну брось. А портал недалеко от Антальи? А секретная лаборатория на острове?
— Это тоже, — согласился Акулыч. — Но здесь сам тёмный маг! Големы! Я только смотрел про них передачи, где только гадали, есть ли они вообще в природе. А тут…
— Ты классно сражался, — хлопнул я дружески по плечу акулоида. — Это правда. Горжусь тобой.
— А я горжусь, что у меня такой крутой хо… — Акулыч побледнел и поправил сам себя, — … двоюродный брат.
— Благодарю тебя… братишка, — засмеялся я в ответ. — Пошли уже на выход.
Чуть позже, погрузив оставшихся в живых тёмных жрецов на платформы, большая часть имперцев вместе с Орловым отправилась вниз, к базе отдыха. Остальные принялись исследовать алтарь, изучать следы, как обычные, так и магические.
Нам же делать уже здесь нечего. Пора возвращаться. Меня с Игорем и Климом змейка перенесла сразу к швейцару у входа в «Горный источник». Затем доставила питомцев.
Мужчина нервно подёргал усами, натянуто улыбнулся.
— А вы сюда по приглашению? — осведомился он.
— Мы уже здесь отдыхаем, — ответил я.
— Немного отлучились, — добавил Акулыч. — Спасали Империю, в общем.
— Ага, как о вас доложить? — спросил он.
— Сообщите князю Оболенскому, — ответил я. — Скажите, что Сергей Смирнов с двоюродным братом и питомцами ждут у входа.
Через пару минут мы уже проехали на лифте до территории комплекса. И нас встречали родители и друзья.
Хотя нет, не все встречали. Мишки и Юленьки я не заметил среди них.
Крики радости, восторженные лозунги. Покачали меня на руках. Затем Кузя попросился, но родители отказались, сказав, что его ждёт много вкусного в ресторане.
Чуть позже за ужином я рассказал, что же со мной приключилось. Мишка с Юленькой поздоровались, скромно поздравили, но слушали меня с интересом, как и остальные. А затем я передал слово Акулычу, который разлился соловьём, продолжая рассказ о битве с големами на вершине Белухи.
Я уже наелся и вышел из-за стола, замечая, как за мной на выход потянулись мои друзья. Поговорить, значит, захотелось им? Ну хорошо, поговорим по душам.
И я даже понимал, кто инициатор таких настроений. Юленька злобно посматривала на меня, а на лице Мишки я лишь видел растерянность. Он будто извинялся взглядом за агрессивное поведение бестии.