Ясельная группа! — вынул я магнитную кассетку из устройства, выпотрошил, залил йодом и зеленкой, за неимением спирта, и подсунув внутрь магнитик выломанный еще кем-то до меня из двери шкафа, хорошенько взболтал.
Вот он, рай наркомана! Шприцы, новокаин, морфин… но мне это не интересно. Мне нужен гематоген! Аскорбин! И конечно — физраствор. Извините, но я здесь нассу. Надеюсь, никто в этом мире кроме собак не умеет искать цели по запаху?
А еще — тут есть нормальные хирургические нитки! А то шов на груди уже почти разошелся. И халат! Новый, чистый! Свеженький, хорошенький… А то «мой» был испачкан, разным, еще до меня. И даже человеческая еда! Припрятанная в дальнем шкафчике! Хлеб, и сало! Живем!
Надо поесть, попить, и валить отсюда, пока ночь неожиданно не кончилась. Одеться понормальней, хотя бы в два халата и в… туфли, припрятанные под шкафом как видно продавщицей. Они мне велики, но это не проблема — есть газетки! Набор инструкций к медикаментам. Так что можно натянуть, и двигать дальше.
Немного прибарахлиться наличностью с сейфа, так же спрятанного в шкаф — интересно, как надолго я вырублюсь, если сейчас воспользуюсь мечом? На час. Ну, зато очередной амбарный замок теперь валяется на полу, а дверка сейфа, скрепя душой и петлями не смазанными, послушно отворяется.
Хм, кто-то по ленинце прошел, не считая работы лифта. Надо бы поторопится! А то скоро больница загудит, оживая. Потянутся свежие пациенты, клиенты… и мне совсем не охота вновь попадаться кому-то на стол, и тем более оказываться игрушкой любопытных.
В крайнем случае, я конечно смогу уйти с песней, лебединой песней! Но лучше продолжать оставаться маленькой девочкой, неприлегающей внимание. Замок придется прихватить с собой, что бы выбросить в последствие или в реку, или в открытый люк канализации — уж больно приметный рез!
Так, наличка. Дофига соток, пара пяти соток. Десятки, пятидесятирублёвки… да тут нехилый банк! Рассовать по карманам, в компанию к замку, сунуть туда же для полного счастья найденное в одном из шкафов оружие самообороны. От него мне толку будет мало, так, игрушка, но все же — прихвачу. И… все же кто-то идет. Хоть бы он не заметил бардака! Не заметил, мимо прошел. Шикарно! Но пора тикать.
Вот жешь подстава! Обратно-то я в дыру не лезу! Застрял однако! Совсем застрял! Жопу отрастил, живот наел…
— «Хырк» — лопнула фанерка двери, и охранник, или кто бы то ни был, гуляющий по коридору с фонариком, резко обернулся.
— Кто здесь? — задал он предельно идиотский вопрос, пытаясь найти источник шума при помощи фонарика, что как бы не умеет светить сквозь твердые объекты — бетонный угол стены у аптеки.
Вдох, выдох, и бежать!
Наше дело не рожать! — чуть не выкрикнул боевой клич, как-то странно переведенный мозгом на русский, и практически снес с петель хрупкую дверь в коридор.
Звук от столкновения услышали наверное все на пару этажей вокруг.
— Ай. — коротко пискнул, потирая плечо, и ломанулся на третий этаж.
Пролетел по нему пущенной стрелой, запоздало понимая — это фиаско, братан! Сейчас придет толстый дядечка откат. Спустился обратно на второй по другой лестнице, углядел натуральный шухер у аптеки, и ломанулся к моргу — у его выхода точно нет камер!
В холодильниках средь ночи, с трупами работают люди. Потрошат, сортируют, устанавливают причины или выясняют следствие? Неважно! Эти двое, так увлечены, что и слона не увидят. И даже живого вскроют, при том, что он в процессе начнет орать. Там, среди тел, парочка потенциально подобных как кажется прячется. Но выход не заперт — выскакиваю на улецу.
Снегопад, морозный воздух. Туфли, утопающие в белый мох на всю свою высоту. Звуки сирен и машин вдали, зарево огней бесконечного города. Москва, ты вообще когда-нибудь спишь?! Я понимаю, новый год на носу, и всё такое, но все же — пять утра! Надо найти такси.
— Девочка, тебе чего? — сказал один из мужиков, стоя у своей машины рядом с коллегой-бомбилой, как бы подразумевая этим вопросом «сбежала что ль?».
— Не чего, а такси! — взглянул я на них, осматривая на предмет трясущихся рук — только наркоманов и алкашей мне в извозчиках не надо!
Но нет, не пахнет, и вроде вообще — бодренькие! Подозрительно даже как-то! Хотя… это же Москва!
— Мы не таксуем! Шла бы ты домой. — «или куда еще» — так и не было озвучено продолжение, но по тону — подразумевалось.
— Не таксуете? Точно?
— Не за бесплатно точно. — ответил на это второй тип, стоящий от меня подальше.
— Деньги у меня есть — взял я в левую руку пачку сторублевок — шокер тоже — в правой мелькнула молния электрошокера, прихваченного из аптеки в трофеях.
Да простят меня её работники!
— Без глупостей доставьте меня куда прошу и деньги ваши — плачу по двойному тарифу!
— Хех! — хекнул первый, и сделал шаг в моём направление.
Шокер вновь выдавил противный звук и молнию.
— Ладно, садись, поехали. — сказал второй в этот миг — на переднее сиденье только садись! Не хочу, чтобы ты меня своей игрушкой в спину долбанула.
Я кивнул, просочился в машину, обойдя мужиков стороной, обойдя их машины. Водилы, закончили свой треп, и прерванный мною разговор, пожали руки, и мой шофер сел за свою баранку.
— Куда?
Я назвал адрес за два квартала от дома, и, чихнув разок, двигатель завелся. Немного потарахтел на холостых, и машина тронулось, вскоре влившись в бурный ночной поток, несравнимый с дневными пробками.
Похоже в Москве сейчас самый час пик! Всё на роботу едут! Город живет и дышит, качает «кровь по венам». Но если дороги, его сосуды, то где же сердце? И где признаки-следы войны? Хоть какие-то…
А, вот КПП. БТР, войска, что прикрывают гаишников, рассредоточившись вдоль обочины, заняв собой целую полосу. В мирные дни такое точно не увидишь! Значит — все же буч.
В прочем, дорогу они не преграждают, так — выборочная проверка документов… пападос. Что делать? Бежать? Куда? Догонят, пристрелят. Или так пристрелят. Или обездвижат, пристрелят. Или прострелят и опять что-нибудь изымут! Опять играть малютку? Похищенную, обиженную, одурманенную?
— Государственный инспектор… прошу прощения, проезжайте. — козырнул сержантик водиле, что что-то мельком ему показал через приоткрытое окно.
Или дал? — мелькнула догадка, когда машина уже тронулась, а я проводил взглядом удаляющегося озадаченного патрульного.
— С тебя две сотни сверху. — буркнул шофер, вперев свой взгляд в баранку как в круг спасения, рефлекторными движениями тела переключая скорости и нажимая педали — И виски.
— Дам четыре, а выпить сам найдешь — буркнул я в ответ на это недовольно, ведь алкоголь столь великой крепости мне будет проблемно прикупить — Ну или пиво, при встрече.
— Сойдет. — ответил таксист, потихоньку расслабляясь, и как-то подозрительно на меня косясь.
Но вскоре, дорога его увлекла, и поглотила, и я перестал ощущать на себе его заинтересованный взгляд. Вдали в распадке меж домов, мелькнула звездочка с кремлевской башни, и мы свернули на шоссе удаляясь прочь.
Я даже смог расслабиться под мелодичный шум мотора, наслаждаясь видами и работой хорошего водителя. Четкими движениями, плавными маневрами… и чуть не уснул! Что как бы… чревато! Фиг знает, что у дяди на уме! На всякий случай — мой шокер наготове! Не для реальной обороны, а для угрозы, иллюзии не беззащитности.
К счастью, иных приключений по дороге не случилось, таксист довёз меня по указанному адресу без каких либо проблем найдя нужный дом. Высадил у подъезда, получил свою пятисотку сверху, и довольным свалил. А я… поднялся на девятый мать его этаж ножками! Лифт опять, мать его, не работает. Поднялся к двери на чердак, где у меня припрятаны вещи для возвращения домой
К люку с очень интересным замком… который сменили. Ну ладно! Вдох, выдох, взмах лезвием, что только материализуется, тут же исчезает, успевая поразить душку замка только благодаря точному расчету. Замок падает, я падаю рядом. С остановкой кровотока в венах и артериях, и улыбаясь как дебил.