Главнокомандующий промолчал. Вот так вот, да? Значит, мы отдуваемся, а он мирно стоит и ничего не делает, кроме как, злобно прожигает меня своим ненавистливым взглядом. Вау! Польщена столь снисходительным вниманием! Слов нет! Растрогана!
Корабль тряхнуло.
– Юхор! Космос тебя раздери! Если сейчас же не починишь движки, голову откручу, – гневно дотронулась до корта.
– Готово, – прозвучал глухой ответ.
Я магией активировала турбины, не переставая прожигать взглядом Главнокомандующего.
Корабль тряхнуло.
Дарг! Дик издевается, что ли?
Окончательно потеряв терпение, отвела левую руку в сторону и раскрыла ладонь, контролируя первый штурвал.
Мгновение – и нет вражеской пушки. Всего-то!
– Работайте! – лицо Главнокомандующего разгладилось, и уже не было того подобия хищной улыбки.
Дозволение свыше!
– Спасибо! – язвительно отозвавшись, повернулась к штурвалу.
Но начальник начальства, казалось, не заметил или, по крайней мере, сделал вид, что не заметил, и сел за первый штурвал.
Я удивленно покосилась на него, но мгновенно отпустила магию и сосредоточилась на управлении.Зажегся предупредительный свет.
– Юхор, что с гравитацией?
– Тридцать секунд! – ответил мужчина.
Дарг! У нас только пятнадцать!
– Каммерг! Помоги механнику! – приказ Главнокомандующего меня удивил. Но не стала его как-либо комментировать.
– Командор Кримс, вышел из строя охлаждающий реактор! – прозвучал незнакомый голос. Наверное, подчиненный начальника начальства.
– Дарг! – резко выругалась я. – Истребитель на десять часов, – скоординировала я Главнокомандующего.
– Сидящий слева от меня мужчина мгновенно попал по HRP-32.
Ого.
– Неплохо, – хрипло заметила я – мне приходилось использовать магию, чтобы нас не накрыло обраткой из-за отсутствия гравитации. – Юхор, сколько еще?
– Четырнадцать секунд, – неуверенный ответ.
Вздохнула, пытаясь собраться с мыслями.
На нас гнался массивный звездолет новой модели. На грани сознания среагировала, и мне удалось не попасть под его смертельный лазерный луч.
– Школа Мартона? – поинтересовался Главнокомандующий.
– Под его личным наставничеством, – механически отрапортовала я.
– Оно и видно, – ответ начальника дошел до мозга не сразу.
– Юхор? – тревожно позвала я, отчаянно открывая предательски слипающиеся глаза.
– Три секунды.
– Внимание, экипаж, – менторским голосом сообщила в рацию. – Через секунду отключится гравитация.
Реальность резко повело. Предметы неопределенно застыли в закрытом пространстве.
Я отчаянно зажала ногами кресло – каюсь, пристегнуться не успела.
Что было мочи дернула штурвал влево, уходя от очередного HRP-32.
Заклинание окончательной гравитации доплетала на инстинктах.
– Внимание! Есть гравитация! – сообщил Главнокомандующий, за что я ему была очень благодарна: вряд ли бы сейчас могла что-нибудь сказать.
В пространство прыгнул какой-то корабль, но рассмотреть его не смогла – в глазах помутнело, и это было действием заклинания. Единственное, на что меня сейчас хватало, так это на удержание искусственной гравитации и управление звездолетом.
Панель отобразила небольшую эскадрилью. Она же и уничтожила немалую долю вражеских кораблей.
– Внимание, LRKNS, назовите код доступа, – прозвучал передатчик.
– Код доступа 3-4-821-33-12-045, – монотонно доложила.
В эфире повисла минутная тишина.
– Код принят.
– Стыкуемся, оповестила свой экипаж.
Рука сама потянулась к панели и сделала все необходимое.
Когда стыковочные шлюзы были открыты, отключила питание, а за ним и связь и, автоматически переставляя ноги, спустилась.
Уходила с корабля последней, но и это не помешало мне услышать разговор в неком подобии холла.
– Гамарт.
О нет…
Я мысленно застонала. Вот только Кассио Драгомира мне не хватало. Он же меня прибьет…
– Кассио, – прозвучал голос Главнокомандующего.
Народ потянулся ко второму кораблю – это я ощутила. Ну, раз остальные пошли, то и мне туда же.
– Командор Кримс, – недовольно прозвучал предательски знакомый голос.
Дарг! Думала, не заметит… Вот ведь!
– Объясните, почему ослушались прямого приказа! – требовательно произнесло начальство.
Послушно подняла голову и посмотрела в примерное место нахождения этого самого начальства. Увы, видеть сейчас не могла, но это не мешало изобразить хотя бы осязаемость взгляда.