Партнеров они меняли часто. Попадались и мужчины. Екатерина со временем поняла, кайф-то от них приходил покруче, чем тот, что от партнерш появлялся. Мужики-то все же есть мужики, особенно те, у которых со здоровьем все в порядке.
Наркотики она стала принимать уже в отряде. После первой дозы она уехала подальше, чем кто-либо другой, кто в первый раз такой препарат попробовал. Самые первые ощущения она сама едва ли помнила, но после той командировки она поняла, что препарат отлично позволяет переносить ей стрессы, эмоциональное напряжение и перегрузки. Наверное, перво-наперво, что в команде ее привлекало и радовало, - это то, что она теперь знала твердо и бесстрашно, что она хочет в этой жизни. Она хотела примитивно простого, но неоценимо весомого - власти, пускай небольшой, над людьми, денег, секса и опасности. Знала и хотела, и, что более важно, и добивалась этого, и никто ей в этом не препятствовал, наоборот, разные ее "шалости" поощрялись сверху.
Ей нравилось, как психолог Решко командовал отрядом - жестко, жестоко, не выслушивая ни от кого ни оправданий, ни объяснений, но вместе с тем, с точки зрения Екатерины, и справедливо. Решко действовал по старому, как мир, принципу. За выполнение работы - награда. Если работа была выполнена качественно и в срок - можно было закрыть глаза на кое-какие "злоупотребления".
В ходе обучения Екатерине пришлось прыгать с парашютом. После первого прыжка она приземлилась пьяная, ошалелая от эмоций, искрящаяся, как бенгальский огонь над новогодним столом, и счастливая, как после секса с тремя партнерами-профессионалами. Через минут пятнадцать-двадцать отошла, отъехала и запросилась снова на борт. И часто прыгала вне тренировок. Ради интереса пробовала даже сексом с инструктором своим в затяжном полете заниматься - не получилось, до сокровенных мест добраться через экипировку было сложно, тем более что непрекращающийся, упругий воздушный поток чрезвычайно мешал в нужное состояние войти, к сожалению. Вне неба инструктор ей, как-то совсем не понравился, вот в воздухе - да, а на земле он был скучен и банален. Зато инструктор по вождению автомобиля, что требовалось освоить в рамках подготовительной программы, был малый не промах, глуповатый, правда, но симпатяга, поджарый, скуластый, мускулистый и заводной. Анекдоты травил все время, глупые, но забавные. Так что с инструктором по вождению любовь у них завязалась крутая. Однако только в автомобиле. Как ни странно. В постели бывший известный раллист терялся отчего-то. Возможно, оттого, что не ощущал там привычных запахов бензина, масла и пота, а интимная тишина уютной квартиры или гостиничного номера никак не заменяла ему родной рев моторов...
Марихуану, которой баловались некоторые в команде, Екатерина не употребляла. Терпугов и Решко, имевшие давние связи в спецлабораториях, познакомили ее с более тяжелыми и одновременно более легкими препаратами. И они, эти препараты, и Екатерина приглянулись друг другу. Фармакология ломала любые рамки. Перед одной из командировок на Донбасс в команде появилась Дроздецкая, лейтенант медицинской службы, свежая, привлеченная хорошими деньгами.
Ребята из "Победы" взяли однажды Дину на акцию, как они называли свои операции. Один полевой командир не пропускал груз с органами через контролируемую им территорию. В четыре утра ребята взорвали дверь его дома и влетели туда с автоматами наголо. Большеголовый, толстоногий мужик, голый, не успел даже минуты две сообразить, что к чему. А пока соображал, его уже привязали к стулу и несколько раз саданули по губам, в кровь. Екатерине наказали смотреть за его семьей. Екатерина заперла их в кладовой. В ходе короткого боя перебили всю охрану этого полевого командира. Мужику сунули включенный кипятильник в рот. До Екатерины донесся запах горелого мяса. Мужик послал ребят Неверова куда подальше. Это продолжалось какое-то время... Они завернули его в ковер и уволокли в подвал. В подвале дома Неверов сначала хотел по-хорошему поговорить с полевым командиром. Но когда тот в очередной раз послал всех, невзирая на угрозы и ему, и его родственникам, Екатерина поняла, что по-хорошему не получится. Она перед следующим актом вколола Дине укольчик препарата и мигнула тогда Павлу и Николаю, двум качкам, которые притащили и затем раздели двух женщин -как позже оказалось, сестру жены и тещу командира.
Возбужденная Дроздецкая с неморгающими влажными, ярко блестящими глазами, часто и шумно дышащая, с сухими дрожащими губами, подошла сначала к одной женщине, потом к другой и подняв опасно сверкавший металлом скальпель провела им сначала по животу тещи мужика, потом по животу сестры его супруги, и застонала, тряся головой, наслаждаясь видом вывалившихся кишок. Потом Павел с Николаем помочились на мучающихся женщин; тогда Екатерина не выдержала и ушла наверх. А позже она узнала, что полевой командир согласился отдать ценнейший груз.