- Не могут, - твердо сказал Терпугов.
- Поговорить-то можно... - неторопливо проговорил Червяков.
- И слушать не хочу! - прервал его Виталий. Он захлопал по карманам, не выпуская никого из виду. В одном из карманов явственно обозначился контур рации. Значит, он действительно связывался со штабом в Новоазовске, подумал Неверов. А теперь внимание, Женя! Сейчас он начнет пятиться.
Терпугов поводил своим "Глоком".
- Все трое, - сказал он своим всегдашним требовательным тоном. - отойдите еще назад.
- Куда еще, здесь тесно, - ответил Неверов.
- Женя, - протянул этот потрошитель-эскулап. - вы все ценные кадры. Я вас всех очень уважаю. И сейчас, предлагаю лучший вариант. Как отвезу груз, так сразу выбью для вас и транспорт и группу прикрытия...
- Ну если так, - проговорил Неверов недовольно, делая шаг к доктору и запуская руку в карман. - ну, хрен с тобой...
- Стоп-стоп, - быстро сказал Терпугов. - Я твои приемчики знаю. В ближнем бою ты крутой. Не будем рисковать.
Неверов остановился:
- Так чего ты хочешь?
Терпугов быстро проговорил:
- Все отойдите подальше вглубь комнаты, а ты, Макс, положи пульт от гаража на стол и тоже отойди. Только не глупите, никто.
- Не глупить? - презрительно спросила Екатерина, обращаясь к Неверову. Она все искала варианты остановить доктора.
- У него пистолет, - вполоборота повернувшись, заметил Неверов. - он запросто может в нас пальнуть.
- Я, конечно, если что, стрелять буду по ногам, - торжественно объявил Виталий. - Но если сделать какое-нибудь резкое движение, рука моя может дрогнуть... Ну, давай пульт, не тяни.
- Пульт на столике в ванной, - буднично бросил Неверов. - я когда брился, положил его рядом, потому что хотел после завтрака проверить количество бензина в бензобаке.
С этими словами он махнул рукой в направлении ванной комнаты. Терпугов не мог видеть из комнаты, есть ли там пульт и стал пятиться к выходу, держа на мушке всех троих.
Виталий быстро открыл дверь ванной комнаты и повернулся, чтобы посмотреть, не обманывает ли его Неверов.
Тут Екатерина прыгнула на него, пытаясь зажать вооруженную руку дверью. Терпугов попытался скинуть ее с себя, но женщина стала поднимать его руку с пистолетом вверх. Доктор стал нажимать на курок и несколько пуль ушли в потолок. Неверов стал выкручивать доктору вторую руку. В этот момент Терпугову удалось ударить стволом "Глока" Екатерину по лицу и пользуясь замешательством женщины от боли, оттолкнуть ее к стене и полностью переключиться на Неверова.
К дерущимся в коридоре подскочил Сергей, но Виталию все же удалось выстрелить ему в ногу; Червяков заорал и стал кататься по паркету, держась за конечность.
Терпугов ловко выкрутился из цепкого захвата Неверова и встал посередине коридора, держа на мушке всех троих - стонущего на полу Сергея, сплевывающую кровь у стенки Екатерину и запыхавшегося, вспотевшего Евгения.
- Не двигайся, Науменко! - в первый раз назвал Екатерину по фамилии доктор. - Стоять! Ты, − показал он пистолетом на Неверова, − с поднятыми руками идешь и показываешь мне, где пульт от гаража, чтобы я мог уехать. Либо я всех вас перестреляю. Ну?
И он навел пистолет на Евгения, но одновременно держал в поле зрения перекатывающегося Сергея, чтобы ненароком не наступить на него.
В этот момент Неверов, уходя с линии огня, прыгнул к доктору и в темп движению нанес боковой удар ногой йоко-гери. У доктора пистолет выпал из руки, а Евгения было не остановить - со стороны Неверова пошла классическая "вертушка" и несколькими мощными ударами по верхней части туловища Неверов буквально "забил" Виталия в ванную комнату.
И финальный мазок - справа с ноги в челюсть. Терпугов с грохотом рухнул в ванную, по сложной траектории падения задев полку с расставленными банками и склянками из его же медарсенала. Брызги во все стороны, осколки, хруст, бульканье и... рычание. Виталий рычал, срывая голосовые связки. Неизвестно, что это были за запасы у Терпугова (кислота? щелочь?), но одна половина лица у Виталия мгновенно стала мокро-блестящей, багровой. Он схватился ладонями - кожа поползла, как влажная промокашка. Глазное яблоко вспухло и целиком вылезло из орбиты. Он рычал и крутился в ванной, нелепо размахивая руками. Наконец он попал ногой по крану и с полным напором понеслась струя в ванную.
Вода вступила во взаимодействие с кислотой, и из ванной повалили клубы густого белого пара.
У Виталия слезла обожженная кожа на лице, обнажив кости − жить доктору, похоже, оставалось недолго. Вой пошел на снижение, в штопор, захлебываясь в новых клубах ядовитого пара.