- Да и то, что он обменялся телами с женихом. И то, что это Тадаши…
- Да, все верно. Но Тадаши он стал не сразу. Первым был Акайо.
- Это кто?
- Возлюбленный его возлюбленной, - хмыкнул Лоран и продолжил: - В теле Акайо Маару стал первым хранителем врат. Ведь это была его обязанность. А вселившись в тело человека, он стал смертным. Старшие боги позволили ему этот каприз, как младшему, однако он должен был продолжать выполнять свои обязанности. Поэтому ему дозволили только двадцать одно перерождение. И на последнем хранителе, он должен был вернуться к себе. Маару был в отчаянии и стирал себе память с каждым новым рождением. Однако свершенное им возвращалось к нему в кошмарах, ведь перерождаться он мог только в роду того самого Акайо.
Лоран налил себе воды из кувшина, принесенного Пенджагой Кунчи и сделал несколько глотков.
- Предыдущим хранителем до Тадаши был Кичиро, его дед. Каждого из них тянуло к воде, но Маару продолжал свое бегство добавляя себе страхов к каждому рождению, чтобы не приближаться к воде.
- Но это ему не помогло, - вставила Лиэм.
- Нет. Свою природу не обманешь. Так и родилась эта легенда. Каждую новую жизнь он хотел раскрыть этот секрет и потом жалел.
- Обманул сам себя со своей потерей памяти, - вставил Янто.
- Именно так.
- А как он хранил врата будучи человеком?
- Легко. Ключ можно было обнаружить только в его присутствии в пещере. Без него это были просто каракули. Никто бы и не догадался.
- Действительно, хитро.
- А мне кажется не очень, - вставила Мико. - Представляете, если бы он с Мартином в пещеру попал?
- Ну все, конечно, не настолько просто, - усмехнулся Лоран. - Когда я погружался в пещеру я видел рисунок, но что-то все время отворачивало меня от него. Появлялся то страх приблизится к нему, то злость. Хотелось стереть его совсем, - Лоран сжал кулак, показывая насколько велико было желание. - Но когда со мной спустился Тадаши меня ничто не отвлекало и я смог его рассмотреть. Я не сразу понял в чем дело и долго пытался понять, почему взаимодействие с рисунком такое странное. Но потом я вспомнил, что, когда я спускался туда с Тадаши, он ни разу не обратил на него внимания, а когда я хотел ему рассказать о рисунке, что-то случалось, как бы останавливая меня: то волны поднимались, то кит появлялся из ниоткуда.
- Выходит, брат неосознанно противился правде?
- Видимо так. Но даже начав догадываться, что дело в нем, я до последнего не верил, что он мог быть Маару.
- Так значит он больше никогда не будет человеком? - спонтанно спросила Лиэм.
- Не знаю, дочь. Я знаю только, что это его последнее воплощение как человека и род Акайо будет свободен.
- А где он сейчас?
- Кто знает, - Лоран вздохнул. - Могу сказать только, что он волен уйти отсюда, когда пожелает.
- А он, получается, не желает, потому что не может уйти как человек?
- Не фантазируй, Мико. Он несколько тысячелетий бегал от правды. Мэй, его возлюбленная, так очаровала его, что он слишком долго сходил с ума. Ему нужно время.
- Выходит, боги не идеальны? - снова не в попад, глядя в пустоту спросила Лиэм. - Они тоже хотят любви?
- Да, - улыбнулся Лоран. - Такие же, как люди. Вроде сильнее, мудрее, а по факту такое же дурачье.
- Разве хотеть любви - это быть дураком?
- По факту именно так и получается. Любовь вокруг нас, Лиэм. Мы просто привыкли выщемлять ее в слепую зону - под киль, чтобы не болело, забывая о том, что не любовь болит, а мы “болим” от незнания самих себя. Я бы даже сказал - от нежелания знать самих себя. - Лоран вздохнул. - А Маару… Когда старшие боги покинули Землю, он остался один. И вместо того, чтобы исследовать мир, найти что-то интересное и новое для себя, он прицепился к человеческой девчонке.
- Бог, потерявший смысл жизни… - Янто улыбнулся. - То чувство, когда уже неважно насколько все плохо вокруг, если даже боги могут потерять смысл.
Мико и Лоран засмеялись. Сквозь их смех, слышался треск искорок от огня. Лиэм вздохнула. Выходит она тоже вытеснила свою любовь под киль и потеряла смысл? Ну да, ее жизнь в СФ не назовешь жизнью со смыслом. С ума сойти, а ведь она даже хотела стать статуей вместо возлюбленной Маару! Лиэм покачала головой. Как так вышло?