Решив, что на сегодня хватит, рожа юного лорда Гаррету порядком осточертела, он открыл глаза и понял, что дикарка повернулась во сне и лежит щекой на его ладони. Демон замер, отчаянно выругался про себя и попытался вытащить руку. Варварка тут же проснулась и приподнялась на локте, обругав его шепотом последними словами.
— Чего ты мне лапы в морду тычешь, ети твою в душу мать?!
— Я нечаянно! — Возмущенно прошипел капитулировавший демон. — Что, повернуться уже нельзя?!
— Смотреть надо, куда своими лапами суешь! А если бы ты мне в глаз попал?!
— Второй бы остался!
Хмель зашевелился и протяжно застонал. Рут и Гаррет мгновенно замерли и замолчали, но через секунду начали злобно пихаться, рискуя вышибить друг другу суставы. Возмущенная Тринидад, не выдержав натиска превосходящего по силе противника, поднялась, обошла злобно сверкающего желтыми глазами демона, и улеглась рядом с Хмелем. Наемник мигом повернулся и прижал варварку к груди, а она удобно улеглась головой у него на плече. Гворт оскорблено прошипел довольно обидное варварское ругательство, которым дикари пользовались только в крайних случаях, понося женщин, продающихся ради выгоды, а не ради удовольствия. Рут только отмахнулась, удобно сворачиваясь у Хмеля на руках, зато наемник открыл глаза и смерил Гаррета таким укоризненным взглядом, что демон устыдился и сердито отвернулся. Созерцать скорчившуюся Лависсу и даже не мыслящего ее обнять Герка было еще противнее. Рыцарь в последнее время вел себя до ужаса странно, и не то что не подходил к спасенной леди, но даже почти с ней не разговаривал. Хмель и Гаррет даже поспорили, что действительность серьезно поколебала чувства влюбленного. Так это было или нет, а все равно в компании образовывались две парочки, и Гаррет не входил ни в одну из них.
— Ну и ладно. — Громко сказал он вслух, разбудив Герка.
Рыцарь вскинулся, заморгав, но поняв, что опасности нет, недоуменно уставился на демона. Гворт демонстративно поднял правую руку и сложил ее в неплотный кулак.
— Вот она лучше всех знает, как надо. — Сказал он, ухмыляясь. — И уж точно никогда не изменит ни с каким варваром.
Герк минуту посмотрел на демона, соображая, потом раздосадовано отвернулся.
— Завтра расскажешь, как все было. — Прилетело ехидное со стороны Хмеля.
Глава 44. Плохая леди
Проснулась Лависа рано, но Рут встала еще раньше и уже ушла, по утрам ее тошнило сильнее всего. Последняя леди села, потирая глаза и потягиваясь. От лежания на жестком болело все тело, но леди, упрямо сжав зубы, подумала, что раз все могут, то и она тоже сможет. Герк лежал на спине, положив руку на грудь, и вид у него был до того безмятежный, что Лависса даже рассердилась. Гаррет тоже спал на спине, широко раскинув руки в стороны, будто распятый. Судя по лицу и некоторым другим признакам, снился ему отнюдь не хор ангелов. Леди несколько секунд пораженно пялилась, пока нахальный демон не предложил потрогать и убедиться, что ей не кажется. Лависса быстро подобрала юбки, переступила через закутавшегося в два одеяла Хмеля, и выбежала из дома. Гаррет широко зевнул во всю зубастую пасть, перекатился на бок, приоткрыл один глаз и, оглядевшись по сторонам, решил, что, пожалуй, доспит и досмотрит сон, в котором была истинная леди Лависса, и она была очень и очень нехорошей.
Рут нашлась недалеко. Варварка пробралась в то, что раньше было садом, и собирала в рубаху маленькие сморщенные яблоки.
— Ты это будешь есть? — Содрогнулась леди.
Рут с сомнением посмотрела на нее, откусила от одного зеленого плода и сморщилась.
— Вряд ли. Отдам Гаррету, кинет в хлебово. И лошадей угощу.
К лошадям, в отличие от людей, дикарка относилась чуть ли не с нежностью, но без излишней трепетности. Лависса потеребила пояс и решилась начать издалека. В другое время она никогда бы не обратилась к дикарке, предпочтя решить вопрос с замужней подругой или знахаркой, но на них теперь рассчитывать не приходилось.