— А тебе не будет хуже? — Спросила Лависса.
— Всегда есть, куда хуже. — Философски ответила Рут, вдыхая божественный запах еды, от которого больше не мутило.
— Стоило выздоравливать, чтобы потом опять упасть с больным животом! — Не унималась леди.
— Стоило. — Непререкаемо ответила варварка, отставив похлебку и пальцами отрывая себе мяса. — И живот у меня не болел. Жуй лучше, а то обеда может и не быть.
— Почему?
— Завтра бой. — Привычно ответила варварка выражением, ставшим дикарской поговоркой. — Просто ешь.
Лависса взяла себе мяса и попросила у Хмеля нож. К ее удивлению, наемник ответил, что ножа у него нет, мясо он тоже рвал пальцами.
— Что вы все, как варвары! — Рассердилась леди, глядя на поступающего таким же образом Герка. — Неужели нельзя отрезать?
— При чем это здесь варвары?! — Тут же вскинулась Тринидад.
— При том! На каждом ножей на целую кухню, а мясо зубами рвут и хлеб кусками отламывают! Ладно тут вилок нет, но ножи-то! Дикость полнейшая!
Мужчины и Рут застыли, не в силах вымолвить ни слова. Первым сообразил Герк.
— Леди, этими ножами нельзя резать еду.
— Почему?
— Потому что ими уже резали людей, ннэ. — Объяснила варварка. — Нельзя резать то, что вкушаешь, тем, чем убиваешь.
Лависса подумала, посмотрела на внушительные ножи спутников.
— Ну и что. Они же чистые. Зато острые.
Хмель и Рут вытаращились на нее так, будто леди сказала неслыханное святотатство. Учитывая обычную толстокожесть наемника и варварки, сказанное было действительно вопиющей непотребностью. Герк, более знакомый с тем, как воспитывают леди, не был столь шокирован, а Гаррет, как демон, мог сотворить вещи и похуже.
— Так нельзя. — Железным тоном отчеканила Рут.
— Да что вы все на меня орете? Подумаешь! Сами-то! Вы… вы вообще!..
На этом месте приличной леди полагалось расплакаться, но Лависса яростно фыркнула и в качестве мести забрала себе всю чашку со сладкими медовыми шариками. Гаррет внезапно рассмеялся.
— Леди, если бы вы так сделали по неведению, те, кто это увидел, решил бы, что вы самая опасная из нас!
— Так и есть. — Лависса сверкнула глазами, вызвав приступ веселья. — И хватит звать меня леди. Лордов больше нет.
— Но есть торнхе верчерикс. — Подтвердила Рут.
— Нет. — Отрезала Лависса.
— Нам надо разделиться. — Перебил Гаррет. — Опять мы вместе собрались.
— Разделимся. — Беспечно согласилась Рут. — И придорожню сменить.
— А зачем мы здесь? — Осторожно поинтересовалась последняя леди, не видящая причин оставаться.
Ответ Герка ее убил.
— Заработать. Деньги почти вышли.
— С комнатой повезло! — Хмель потянулся и хрустнул плечами.
— Я думала, все варвары злые. — Улыбнулась Лависса. — А эта девушка была очень милой. Мало кто может просто так взять и… просто так сделать что-то хорошее ради незнакомца.
— Слабость сильных рождает в людях либо великую подлость, либо великое благородство. — Процитировала Рут древнего классика.
— Что?
— Ничего. Ей было приятно видеть меня такой. В бою против меня у нее не было бы шансов.
— Откуда ты знаешь?
— Хорошие бойцы видят друг друга с первого взгляда. — Гаррет подтолкнул Хмеля локтем.
Наемник скромно потупился. Бойцом он стал куда лучшим, чем до встречи с Рут, но оценить чужие способности смог бы по-прежнему только в драке.
Лависса задумалась.
— У вас же женщины дерутся наравне с мужчинами. А вдруг ее убьют?
— Надеюсь, так и будет. Не в постели же ей умирать. Старухой. — Рут содрогнулась.
— И она не боится?
— Нет.
— А ты не боишься, что тебя убьют?
— Нет. Видишь ли, Исса, когда отнял столько жизней, невежливо трястись за свою. Кроме того, не так и просто меня убить.
— Она совсем молодая. — Вспоминала леди понравившуюся ей варварку. — Разве она выстоит против рыцаря?
— Смотря в чем. — Хохотнула варварка. — А ты Герка спроси. Что, выстоит варварка против тебя?
— Милостью Троеликой, я жив, несмотря ни на что. — Уклончиво ответил мужчина.
Убивать вертких варварок было непросто не столько из-за разницы легкого и тяжелого вооружения. Рука отказывалась поднимать меч на женщину. А ведь иногда они были совсем почти детьми. Именно поэтому варварок объявляли порождениями тьмы и страшными нечестивицами. Не так трудно пырнуть сталью богохульную мерзость. Простые солдаты верили, а те, кто поумнее… приказ есть приказ. Кроме того, сами варварки в бою не церемонились, прекрасно зная, какой эффект производят на вражеских мужчин, и в открытую презирая за непонятную им слабость.