Девушку ранило не столько его внезапное решение всё бросить и уйти, сколько то, как именно он это сделал. Даже не попытался поговорить, всё выяснить и помириться перед уходом. Даже не простился!
Она могла бы патетически воскликнуть:
— Я столько для него сделала, а он! Даже спасибо не сказал!
Но не в этом была суть и не о том плакала юная магиня. Благодарность Саша интересовала её в последнюю очередь. Девушке было больно, что друг так скоропалительно записал её в обманщицы и покинул её с этой мыслью. Не разобравшись толком, он поддался наветам этой подлой интриганки, поверил в первую очередь виконтессе, а не ей, Диноле, которая ни разу его не подводила.
Мысль, что этого уже никак не исправить, что эта обида и рана на сердце теперь будут с ней навсегда, потому что он ушёл куда-то далеко и насовсем и помириться у них нет никакой возможности, вызывала новый приступ слёз, от которых и так уже была мокрой вся подушка.
— Мог бы уйти и потом, когда разобрался во всём толком, — всхлипывала она. — Я же его не держу, у него своя жизнь. Ему ещё учиться нужно, чтобы встать на ноги. Мог бы со мной распрощаться и даже в академию поехать учиться. Я бы сама и денег ему одолжила на первое время. Но он предпочёл этими дурацкими обвинениями разрушить нашу дружбу.
Утром она, как обычно, собралась идти в столовую, а потом в лечебный зал. Однако, заглянув в зеркало, просто ужаснулась собственному виду. Вместо глаз красовались узкие щёлочки под покрасневшими веками. Картину завершали распухшие от ночных слёз нос и губы.
Динола бросилась приводить себя в порядок. Помогли и холодная вода, и лечебная магия, которую в этот раз пришлось применять к себе любимой. До конца избавиться от последствий ночных переживаний не удалось, но в более или менее приличный вид младшая магиня привести себя смогла.
Когда она вошла в лечебный зал, то чуть не споткнулась на пороге от удивления.
Все лечебники сидели на своих местах, занимаясь своими делами. Среди них сидел и Саш, который при её появлении поднял голову, виновато улыбнулся, прижал к груди руки в извиняющемся жесте и подмигнул ей.
Динола попыталась взять себя в руки, хотя удалось плоховато. Вопросы бестолково, не находя ответов, закружились в её голове.
— Саш смог вернуться? Как? Господин Корвин ошибся и портал двусторонний? Кто ему помог? За время отсутствия он поверил моим объяснениям? Что случилось?
Лечебники заметили её появление и нестройным хором приветствовали свою юную начальницу. Девушка прошла на своё место и села за стол. Саш сразу поднялся, подошёл и сел напротив неё.
Она пригляделась к парню.
Сегодня он был какой-то не такой. Что-то не так было в его облике, хотя сомнений не было, что это он. Знакомый прищур глаз, знакомая улыбка. Динола попыталась перевести свои ощущения неправильности во внешности парня в чёткое понимание, что именно не так.
— Хм, одежда его, однако причёска у него какая-то другая. Когда успели так отрасти волосы? Лицо более худое, исчезли пухлость в лице и юношеский пушок под носом, черты стали резче. Взгляд совсем другой, более уверенный, какой-то более взрослый что ли. Он выглядит как-то… старше? — вдруг сделал она неожиданный вывод.
Саш молчал, слегка улыбаясь уголками рта, пока её растерянный взгляд бегал по его лицу и волосам.
Она посмотрела на него магически, и глаза у неё округлились, а лицо приняло ошеломлённое выражение: слои у Саша были хорошо соструктурированы, как у полноценного опытного мага.
— Когда? Когда он успел так поработать над собой? Или это действие портала?
— Я ужасно рад тебя видеть, — сказал он, слегка к ней наклоняясь, и, через стол пытаясь взять девушку за руку. Растерянная Динола спрятала свою руку под столешницу.
— Почему ты вернулся? И главное, как? Господин Корвин ведь сказал, что портал односторонний и, если ты туда войдёшь, то обратно не вернёшься!
— Я смотрю, ты плакала обо мне, — как-то грустно улыбнулся Саш, разглядывая её ещё слегка припухшие глаза и губы, как будто не замечая заданных ему вопросов. — Не стоило обо мне плакать, я тогда был таким дураком. Но, если бы не прыгнул в этот портал, то им бы и остался.
Он как-то по-новому смотрел на Динолу. Этот взгляд смущал и волновал её одновременно.
— Я расскажу тебе всё, отвечу на все вопросы, на которые смогу ответить. Только не сейчас, слишком много лишних ушей и внимательных глаз. А некоторые глаза ещё и в тебя влюблены, и явно собираются мне начистить физиономию, если я от тебя не отцеплюсь, — с улыбкой сказал Саш, оглядываясь на Олина, не сводившего с них сумрачного взгляда.