Элмио, уже сидя верхом, покосился в сторону девушки, но промолчал.
— Он такой мрачный потому, что ты кого угодно доведешь, — ответил за него Клэйрохс. — И, кстати, прекрати называть меня по моей должности, а то от твоего лицемерия уже начинает тошнить.
— Ну и ладно. Мне все равно, как тебя называть, — Ксариэль только пожала плечами, не обращая внимания на его едкое замечание.
Уже втроем они выехали из Хайлероса и взяли курс на запад.
Глава 4. История Магии
Впереди показался большой холм, отделяющий удивительный лесной город от раскинувшегося впереди Папоротникового Леса. Золотые волки быстро неслись ему навстречу и, казалось, даже не видели разницы между ровной дорогой и крутым подъемом.
От быстрой езды в лицо дул свежий ветер, унося прочь неприятные мысли. Позабыв о раздражающих разговорах их новой спутницы, Элмио рассматривал возвышающийся впереди холм и невольно вспоминал, как около недели назад поднимался по его западному склону на своих двоих.
— ‹‹‹Если подумать, это было не так уж и давно›››, — рассуждал он про себя, прикидывая, сколько всего дней провел в мире духов. — ‹‹‹А кажется, будто прошла уже целая вечность. Интересно, из-за моей утерянной памяти у меня теперь каждая новая неделя будет такой же длиннющей?›››
Волки преодолели широкий холм примерно за пять минут, и теперь уже вовсю резвой рысцой бежали между папоротников. Темп им, конечно, пришлось немного сбавить из-за всяких ям, оврагов и бурелома, но все равно, даже на такой скорости разговаривать было трудно, поэтому все по-прежнему ехали молча.
Погруженный в свои мысли, Элмио, как всегда, не пользовался поводьями и попросту крепко держался за седло. Его волк послушно следовал за остальными. Отдавать особых команд умному зверю совершенно не требовалось, хотя юноша уже примерно понял, как управлять им. Удила у этих прекрасных ездовых животных были устроены совсем не так, как конские, но принцип все равно оставался тем же: стоило потянуть в какую-нибудь сторону, и волк должен был послушно повернуть.
Размышляя об этом, Элмио, как по закону подлости, неожиданно заметил движение среди папоротников и чью-то маленькую мордочку прямо перед лапами своего золотого волка. Не раздумывая, он резко дернул за поводья, да с такой силой, что его зверь аж встал на задние лапы. От такой внезапной остановки Элмио не удержался в седле и с треском свалился со спины могучего хищника прямо в папоротниковые заросли.
Клэйрохс и Ксариэль, резко остановившись, спрыгнули на землю и тут же подбежали к юноше. А его золотой волк, топтавшийся неподалеку, виновато заскулил и прижал уши.
— Ты живой? — раздался взволнованный голос Ксариэль.
Элмио хотел что-то ответить, но не смог. Дыхание перехватило, в груди ощущалась острая боль. Клэйрохс присел рядом и аккуратно перевернул его на спину.
— Как ты умудрился? — озабоченно спросил капитан, осматривая ушибленную грудную клетку юноши.
Элмио в ответ опять только простонал что-то невнятное и левой рукой вытащил из-под себя толстенького папоротникового лисенка.
Клэйрохс небрежно взял малыша за шкирку и отшвырнул в кусты. Затем создал из сгустка высокой плазмы белую лечебную сферу и приложил ее к груди юноши.
Уже через несколько секунд Элмио снова смог свободно вздохнуть. Вся боль куда-то ушла, и он даже самостоятельно поднялся на ноги.
— А я-то думал, что в вашем мире не могу получить серьезных повреждений от ушиба, — пробормотал он, ощупывая собственную грудь.
— Это был не ушиб. Ты свалился прямо на папоротниковую лисицу. Так сработала ее защита. — Видя, что парень в порядке, Клэйрохс быстрым шагом направился к своему волку. — Поехали отсюда. И впредь не вздумай трогать поводья.
Но Элмио уже не слушал его. Он подошел к кустам и поднял с земли лисенка, который пищал и прижимал к себе сломанную лапку.
— Я затормозил потому, что чуть не наехал на него. Бедный малыш!
— Хватит дурака валять! — Клэйрохс сделал несколько шагов назад и резко дернул Элмио за локоть. — Если бы этот мелкий паразит атаковал тебя сильнее, ты бы разом вернулся в свой плотный мир. Брось его!
— Он из-за меня сломал себе лапу! — Элмио протестующее вступился за корчившегося от боли лисенка и погладил его по толстенькому брюшку. — Он же не виноват в том, что мы тут через его лес едем!
— Виноват в этом ты, потому что вздумал играться с поводьями!
— Да если бы я за них не дернул, он бы… — Элмио прервался, внезапно заметив одну весьма броскую деталь в окрасе серо-зеленой шерстки пушистого малыша. — Клэйрохс, смотри! Да это же тот самый, которого мы шесть дней назад встретили — с белым ухом!
— Поздравляю, но нам надо ехать, — с безразличным выражением лица ответил капитан. — Мы, вообще-то, торопимся, а ты тут лис спасаешь.
— Ну, нельзя же бросить его в таком состоянии! Ты можешь его вылечить?
— Делать мне больше нечего, — скрестив руки, Клэйрохс отвернулся в сторону от верещащего зверька.
— Ксариэль, а ты? — Элмио с надеждой посмотрел на уже оседлавшую своего волка девушку.
— Дай посмотреть, — увигелис без особого желания взяла на руки лисенка и, вызвав такой же белый шар из высокой плазмы, как до этого капитан, приложила его к больной конечности маленького зверька. — У него переломана кость. Такие раны сразу не залечиваются. Нужно больше времени.
Элмио с обреченным видом забрал попискивающего малыша из ее рук.
— Но как-то же можно ему помочь?
— Если с ним ничего не случится, и на него никто больше не наедет, то через неделю он сам поправится, — обнадеживающе пояснила Ксариэль. — Я вылечила его порванные мышцы и начала процесс сращивания костной ткани. Теперь ему просто нужно держаться подальше от неприятностей. Больше мы ничего не сможем для него сделать.
Элмио огляделся по сторонам в надежде найти безопасное место, где бы пухлый, как шарик, лисенок смог укрыться от подстерегающих в лесу опасностей. Но, сообразив, что в естественной среде обитания такого места нет и быть не может, он махнул рукой на бессмысленные поиски и с решительным видом направился прямо к капитану воинов совета. Тот уже сидел верхом на золотом волке.
— Я возьму его с собой, — прижимая к жилетке малыша, с весьма серьезным видом заявил Элмио.
— Ты совсем с ума сошел? — Клэйрохс вопросительно уставился на юношу, будто и в самом деле усомнившись в его адекватности. — Нам в дороге не нужны лишние проблемы с этим зверенышем.
— Можно тебя на пару слов?
Элмио подождал, пока капитан спрыгнет с волка на землю, а затем отошел с ним подальше — за соседние кусты.
— Если говорить о проблемах, — заговорил Элмио шепотом, — этот малыш, по крайней мере, не будет доводить нас обоих дурацкой болтовней, а меня бесконечными возгласами о том, какой я милый.
— Ну, знаешь, ты не сравнивай… — Клэйрохс хотел было возразить, но в это самое время лисенок на руках у Элмио жалобно заскулил и попытался перевернуться, но в итоге только прижал уши и беспомощно дернул больной лапой. Наблюдая эту картину, капитан вместо каких-либо слов только с тяжелым вздохом махнул рукой. — Эх, надо было идти работать в штаб имперских стражников — городские ворота охранять, а не всякой ерундой маяться.
— Да ладно тебе, это же всего на неделю, — поспешно добавил Элмио, видя выражение безнадежности на его лице. — Как раз на время нашей поездки до Милливэриума.
Но Клэйрохс не желал больше ничего слушать. Сквозь густые заросли папоротников он быстрым шагом направился обратно к своему золотому волку, однако в этот раз взбираться ему на спину не стал. Ослабив удила на огромной пасти ездового хищника, капитан первым делом скинул с себя заплечную сумку с едой и тут же вытряхнул на землю все ее содержимое.
В траву грудой свалились: дюжина аппетитных булочек с пряными травами, уложенные в свежие салатные листья ломтики копченого мяса, набор сушеных овощей и что-то отдаленно напоминающее пирожки с сырной начинкой.