Поэтому, когда возрожденный «Культ Отрешенных» снова начал проповедовать свою ересь, не стоило удивляться, что вся эта чушь быстро распространилась среди огромного количества идиотов, которые тут же почувствовали себя обделенными и захотели бороться за свои права. В свое время, еще одиннадцать тысяч лет назад, Великий Совет почти полностью уничтожил «Отрешенных» за страшные деяния, которые они творили, нападая на людей организованными группами с целью якобы восстановления «попранной справедливости». Жаль только, что в те времена Советникам не удалось полностью искоренить эту заразу.
Отыскав старые манускрипты, новые члены культа во главе со своим господином — потомком разжалованного императора, довольно быстро свыклись с основами древнего учения и, приняв его доктрины, с энтузиазмом пошли по стопам своих предшественников. Главными своими врагами на этот раз культисты объявили всех представителей имперской власти, их пособников, и даже самих Великих Советников, как рассадников несправедливости и инициаторов перехода духов в тонкий мир. Проще говоря, под руководством Товиера Культ Отрешенных стал представлять собой сборище преступников, ведомых личной местью одного безумца. Несколько десятилетий подряд они устраивали нападения на мирных граждан империи, обворовывая их и убивая. Привлекали на свою сторону шевиеров, заключали сделки с диллурами и даже захватывали, не без их помощи, рудники эваплатоса и освобождали заключенных.
— А кто такие диллуры? — перебил его Элмио, вспоминая, что уже слышал мельком об этих созданиях от Ксариэль.
— Ди́ллуры — это огненная раса. Возможно, ты их еще увидишь. Нам предстоит пройти недалеко от их земель, — пояснил Клэйрохс и продолжил рассказ: — Так вот, возвращаясь к отцу Самилы и его преступной секте. Когда большинство этих фанатиков-недоумков переловили, и само существование Культа Отрешенных встало под вопрос, Товиер ушел в подполье более чем на сотню лет. Никто о нем ничего не слышал за эти годы, а затем он со своими дружками объявился вновь и после длительного затишья выкинул такое, что многое из его прежних преступлений могло бы показаться детской забавой.
Мобилизовав остатки единомышленников, которых насчиталось около сотни, Товиер организовал массовую вылазку в человеческий мир. Обозвав все это священным походом, он устроил настоящую кровавую резню. Безусловно, такого от него никто не ожидал. Все произошло примерно десять лет назад, в районе далекого отсюда городка под названием Анбарро́вис. В тот день в плотном измерении пострадало больше четырехсот ни в чем не повинных людей, а умерло около восьмидесяти. Также лишилось жизни немалое количество духов — воинов совета, которые пытались остановить бойню. Из восточной части империи на поле боя оказались примерно четыре десятка моих подчиненных.
Вместе с другими опытными бойцами, сдерживающими разбушевавшихся убийц, тогда был повержен глава воинов совета Вастиорека, который в момент нападения сопровождал меня к месту происшествия. Что и говорить, в тот день я и сам чуть не расстался с жизнью. Тогда-то мне на помощь и пришла Ксариэль. Как потом выяснилось, она случайно оказалась неподалеку от места происшествия, занимаясь совершенно посторонним делом, даже никак не относящимся к ее службе. Но это уже никого не волновало, и лично мне было грех жаловаться на подобное стечение обстоятельств, — Клэйрохс сделал паузу и бросил взгляд в ту сторону, куда убежала его горе-спасительница. — После того, как все закончилось, участвовавшие в бойне члены Культа Отрешенных были казнены на месте. Там же был повержен и отец Самилы. Она, конечно, расстроилась, узнав об этом, но, по правде говоря, девушка больше боялась его, чем любила. Скорее всего, именно поэтому она никому не рассказывала, что являлась дочерью Товиера, и обо всех тайных делишках его шайки. Этот подонок, зная, что его ждет, долгие годы выдавал себя за простого ремесленника.
Так или иначе, когда все выяснилось, к Самиле не должно было быть никаких претензий, ведь сама она не являлась членом преступного культа. Ни воины совета, ни имперская стража не собирались предъявлять ей обвинений, так как в нашем мире вынужденное молчание не расценивается как намеренное укрывание преступников, если факт прямого соучастия не установлен. Но за два дня до трагедии Самила зачем-то выходила в плотное измерение в не самом подходящем для этого месте. Двое стражников Вастиорека видели, как она создавала портал.
Обычно такие кратковременные прогулки в ваш мир без контактов с людьми нашим законом не запрещаются, но только не в случае с Самилой. Такой поступок с ее стороны попадал под серьезное подозрение, ведь в теории девушка могла попытаться оказать содействие отцу. — Клэйрохс вздохнул. — И дураку было понятно, что ничего плохого она делать не собиралась. Но, тем не менее, без подтверждения ее невиновности, Самиле следовало назначить какое-то наказание. Мы решили, что трех лет работы на штаб воинов совета в ее родном городе будет вполне достаточно. Самила против не была. Для нее это даже стало своего рода отдушиной. А потом, по истечении трех лет, она по своей собственной воле так и осталась работать на нас.
— М-да, тяжелая у нее судьба, — Элмио вспомнил жизнерадостную улыбку приветливой иланры. — Удивительно, что после всей этой истории она так и осталась молодой девочкой в свои пятьдесят три года.
— Да, это действительно редкость, пережив подобное, сохранить такую беззаботную юность, — согласился капитан. — Можно сказать — ей очень повезло.
— Слушай, а почему никто не смог по амулетам мантхарна узнать о том, что замышляют члены этого безумного культа?
— Да не носили они их, естественно. Постоянно следить за простыми духами никто не будет, во всяком случае, пока те чего-нибудь не совершат. Учитывая, как сообщники Товиера вели себя в обществе, никто и продумать не мог, что свои амулеты они периодически снимают.
— А как же Самила?
— У нее вообще не было амулета. Как она сама рассказывала, Товиер забрал его сразу после того, как прошел первый испытательный год со дня его выдачи.
— А что потом говорили в моем мире? Как объяснили столько смертей? — Элмио попытался представить, как все это могло происходить. — Все-таки четыре сотни пострадавших — это не шутка.
— В твоем мире все расценили как террористический акт. Местность там была горная, и Товиер в начале нападения устроил оползень. Люди посчитали, что причиной этому стал умышленный подрыв в шахте. Собственно, они были не далеки от истины. Ну, а тем, кто оказался в гуще событий и своими глазами видел нападавших на людей духов, нам пришлось подчистить память.
— Звучит жестоко.
— У нас не было другого выбора.
— Потому что магию и духов в наши дни не должны видеть?
— Потому что в худшем случае это привело бы к панике, в лучшем — очевидцев, как это часто бывает, заклеймили бы сумасшедшими, — хмуро пояснил Клэйрохс. — Наши законы основаны на здравом смысле, и ради блага человечества нам следует их придерживаться.
— Ясно, — Элмио потянулся и зевнул. — Ладно, я, пожалуй, все-таки посплю.
Клэйрохс кивнул и, подождав пока юноша перевернулся на другой бок, создал еще одну пульсирующую сферу, только на этот раз с красными, а не голубыми молниями внутри. Так же, как и около получаса назад, он на некоторое время поднес магический шар прямо к земле. Поток песчинок мгновенно заструился к центру сферы, восстанавливая запас сил и возвращая телу бодрость.
Закончив с Сонной Сферой, Клэйрохс продолжил разглядывать звездное небо, повернувшись спиной к костру. Не то чтобы он не любил смотреть на огонь, просто от яркого пламени глаза потом долгое время привыкают к темноте, а в такие моменты капитан предпочитал на всякий случай оставаться настороже.