Ярко-зеленая вспышка ударила по глазам, а вслед за ней раздался жуткий грохот. Землю вокруг затрясло. От направленной взрывной волны неподъемный булыжник разлетелся на десяток увесистых камней и сотню мелких острых осколков. Воздух заволокло густой каменной пылью.
Элмио не устоял на ногах — взрывной волной их с Ксариэль отбросило на несколько метров в сторону. Сквозь собственный кашель и ругань увигелис, он услышал завывания и стоны перепуганных рептилий. Похоже, от магического взрыва в логове пурпурных ящеров начался серьезный обвал. Пещеру продолжало трясти. Затем, когда грохот стих, из логова раздался оглушающий рев.
Наружу через образовавшийся проход выскочило огромное монстроподобное создание с расцарапанной мордой и горящими оранжевыми глазами. На спине рептилии топорщился длинный гребень, а серая, покрытая складками, шкура пылала пурпурным огнем. При этом размеры животного просто поражали — самка ящера оказалась шести метров в длину и около трех в высоту. Элмио аж присвистнул от изумления, продолжая таращиться на гигантскую ящерицу с приоткрытым ртом.
Озираясь по сторонам, зверюга тряхнула мордой, отчего по ее шершавому лбу из открытой раны потекли капли желтой дымящейся крови. Затем, заметив воднокровных, она широко распахнула клыкастую пасть и угрожающе зарычала.
Ксариэль, вся перепачканная пылью, быстро вскочила на ноги и создала вокруг себя и растянувшегося на земле Элмио большой энергетический заслон в форме прозрачного колпака.
— Какого черта ты это сделал?! — гневно крикнула увигелис, сквозь облако пыли найдя взглядом капитана воинов совета, который вовремя ушел от взрыва в сторону и теперь оказался неподалеку.
— Ну, надо же было как-то разрядить обстановку. — Клэйрохс поднялся с земли, прошел внутрь энергетического колпака и влил часть своей высокой плазмы в защитное поле ровно за секунду до того, как взбесившаяся самка решила опробовать магическую защиту на прочность.
— Вот это зверюга! — Элмио со смесью восторга и отвращения уставился на гигантскую ящерицу, бесполезно кидающуюся передними лапами на невидимую энергетическую преграду. — Интересно, а где ее сородичи?
— Наверное, внутри остались, — предположил Клэйрохс, не обращая внимания на свирепый рык и угрожающе распахнутую пасть по ту сторону заслона. — Когда все обрушилось, мне показалось, я слышал их крики.
Элмио бросил обеспокоенный взгляд в сторону пещеры.
— Думаешь, они не сильно пострадали?
— Не должны. Пурпурные ящеры — зверье крепкое.
— Надеюсь, что так. А то жалко их…
— Да вы что, спятили оба?! — вмешалась Ксариэль, не скрывая негодования и продолжая удерживать пульсирующий энергетический купол, который не слабо трясло от регулярных нападок ящерицы. — Нашли время переживать о собратьях этой тварюги! Лучше бы подумали, как ее убить! В пещере мы, по крайней мере, могли подойти к ней сзади. А теперь что? С ее размерами и проворностью мы можем весь день тут проторчать!
— А почему нужно подойти именно сзади? — задумчиво спросил Элмио, надеясь, что своими расспросами не разозлит вспыльчивую увигелис еще сильнее.
— Потому, что эти огненные рептилии, хоть сильные и быстрые, но тупые, — пояснил Клэйрохс. — Шипы на их спинах накапливают в себе высокую плазму. С ее помощью пурпурные ящеры способны создавать особый покров — нечто вроде энергетического щита, окутывающего их шкуры. Но так как мозгов у этих ездовых животных не так много, они ставят защиту только на переднюю часть собственного тела, оставляя заднюю половину туловища открытой.
Взбесившаяся самка, тем временем, после двадцати безуспешных попыток прорваться сквозь невидимую преграду начала просто тыкаться в нее мордой и сипло реветь. Когда Элмио уже почти перестал обращать внимание на ее однообразные выпады, неожиданно из его рубашки высунулся раззадоренный шумом Белоух. Осмотревшись и сообразив, что происходит, он навострил уши и злобно тявкнул на гигантскую ящерицу, отчего Элмио аж дернулся.
Бешеная самка, на удивление, заметила этот наглый выпад — вся напряглась и насторожилась, внимательно уставилась на папоротникового лисенка злобными оранжевыми глазищами, а затем резким и мощным ударом своей когтистой лапы постаралась еще раз пробить заслон.
— Спрячь его, — строго взглянув на юношу, велел Клэйрохс, после чего обратился к рыжеволосой спутнице: — Последи пока за энергетическим колпаком, а я прогуляюсь снаружи — попробую подобраться к огненной твари с другой стороны.
— Какой в этом толк? — увигелис взглянула на него с явным неодобрением. — Она ведь заметит тебя раньше, чем ты успеешь два шага ступить!
— Значит, постарайся отвлечь ее чем-нибудь.
— Чем, например?
— Придумай сама, — раздраженно отмахнулся капитан. Он уже собирался выйти за пределы прозрачного колпака. — В крайнем случае, если отвлечь не получится, и она на меня кинется, я тоже поставлю защитный заслон. Тогда у тебя появится пара секунд чтобы достать эту громадину сзади.
— Гениальный план! — язвительно фыркнула Ксариэль. — Просто гениальный! Правда, потом, когда я промахнусь, и не удержу заслон, это огненное чучело превратит нас с Элмио в две кровавые лепешки. Это будет самая идиотская и предсказуемая смерть, которую только можно себе вообразить! И откуда в твоей капитанской голове берутся такие потрясающие идеи?!
Клэйрохс строго взглянул на нее.
— Не перестанешь умничать, брошу к этой огненной твари тебя. Может быть, пытаясь тебя сожрать, она подавится и сдохнет, лишив меня сразу двух проблем.
Ксариэль, не находя слов от возмущения, обиженно сверкнула глазами и надула губы. А капитан, оставшись под куполом энергетического заслона, попробовал атаковать — выстрелил в бешеную ящерицу красной молнией. Заряд энергии прошел сквозь односторонний защитный заслон, отразился от огненной твари и затем вернулся обратно, на этот раз, с треском врезавшись в невидимое поле.
— Черт, — капитан с досадой вздохнул. — Если я попробую что-нибудь более мощное, у нас могут возникнуть проблемы.
— Слушай, Клэйрохс. У меня, кажется, появилась идея, — Элмио осторожно окликнул его, догадываясь, что капитан поначалу даже не воспримет его слова всерьез. Особенно в такой не совсем подходящий для новых предложений момент. — Я знаю, как отвлечь эту зверюгу.
— Только не говори, что сам хочешь сделать это, — серьезно предупредил Клэйрохс. — Иначе я начну думать, что твоя голова сильно пострадала во время взрыва.
— Нет, я хочу не сам, — Элмио достал из-за пазухи взъерошенного Белоуха. — Он мог бы с этим справиться.
Ксариэль перестала дуться и посмотрела на Элмио, как на живодера.
— Ты что, серьезно? — спросила она, с жалостью вглядываясь в маленькие черные глазки толстенького пушистого лисенка.
Элмио смущенно ей улыбнулся, затем вопросительно уставился на капитана воинов совета, который, видимо, тоже был слегка обескуражен таким предложением.
— Ну, если тебе его совсем не жалко… — неуверенно пробормотал Клэйрохс и после небольшой паузы счел нужным уточнить: — А как конкретно ты хочешь, чтобы он это сделал?
— Я отпущу его за границу защитного поля. Здесь земля, вроде бы, не такая уж горячая. С виду — просто сухая. Белоух вполне сможет прогуляться по ней и отвлечь эту громадину. — Элмио недобрым взглядом покосился на бестолковую, выжившую из ума ящерицу, которая снова принялась за старое — стала тыкаться мордой в невидимую преграду, упрямо надеясь ее прорвать.
— Отвлечь-то он отвлечет… — Клэйрохс бросил сожалеющий взгляд на лисенка. — Даже с больной лапой отвлечет. Но ты же догадываешься, что потом с ним будет?
— Вот никогда бы не подумал, что ты станешь беспокоиться о нем, — с усмешкой произнес Элмио, не веря своим ушам.
За тот небольшой период времени, что они путешествовали с папоротниковым лисенком, капитан воинов совета успел наговорить столько гадостей про кругленького малыша, что Элмио каждый раз при упоминании им Белоуха готовился услышать только очередную критику в его адрес и ничего другого.