Например, среди огненной пустоши, прямо на земле, иногда попадались странные, похожие на гранитные, маленькие бурые цветы с шестью большими овальными лепестками. Глядя на них, создавалось впечатление, что их кто-то вручную вырезал из камня. По крайней мере, абсолютно не верилось в то, что они могли представлять собой настоящий живой организм.
Подобные сомнительные ощущения своим видом вызывали огненные грибы, нередко встречающиеся прямо на дороге. Сверху, от песка и черной вулканической пыли, они выглядели, как самые обыкновенные серые камушки. И если бы не пурпурные ящеры, которые во время кратковременного отдыха с большим аппетитом начинали их есть, довольно при этом урча, вряд ли кто-нибудь догадался бы об их растительном происхождении, пусть даже на основе огня, а не воды.
Да, определенно, больше всего на землях диллуров не хватало именно воды. Элмио даже позабыл о неприятных ощущениях от езды на беспокойных пурпурных ящерах, когда понял, как ему нахватает элементарной влаги, без которой воздух делался сухим и жестким, а в горле и носу начинало неприятно зудеть.
Когда нормально дышать стало совсем затруднительно, было решено делать кратковременные остановки, чтобы регулярно пить и умываться. Клэйрохс и Ксариэль по очереди создавали маленькие энергетические шарики, которые потом превращались в воду в форме небольших фонтанчиков. Элмио даже уговорил Клэйрохса научить его самого делать из высокой плазмы такие струи воды, а потом и Питательную Сферу, которая помогала обходиться без еды. Это оказалось для него куда увлекательнее, чем просто глазеть по сторонам и рассматривать пустынные пейзажи.
Как выяснилось, для того чтобы что-то сделать из простого сгустка высокой плазмы, который в изначальном варианте обладал только светящимися и разрушительно-жгущими свойствами, требовалось нанести на него специальную надпись на силианглите.
В мире духов, насколько Элмио помнил, вообще не было обычного письма. Любые нанесенные на какой-либо материал осмысленные фразы создавались только из высокой плазмы. Это была главная особенность силианглита, отличающая его от других видов языков и письменности. Неудивительно, что его использовали также для наложения энергетических знаков на саму магическую энергию. Впрочем, на практике это оказалось не так просто, как выглядело со стороны.
Первая трудность заключалась в самих символах, в их необычном начертании и непонятной форме. Они не были похожи ни на один человеческий алфавит. Элмио казалось, они вообще ни на что не были похожи. Так, сплошной набор непонятных закорючек, которые, ко всему прочему, невозможно было четко разглядеть, пока не допишешь всю фразу до конца.
Клэйрохс рассказал ему, что раньше, в далеком прошлом, еще до прихода в тонкое измерение Великого Совета, силианглит был куда более разнообразным. Количество знаков, которые он включал в себя, превышало несколько тысяч и постоянно увеличивалось из-за появления все новых и более сложных символов.
Силианглит долгое время совершенствовался и изменялся. Даже самые древние духи того времени утверждали, что его знаки не имели определенного числа. Таким он оставался вплоть до появления самой Империи Духов. А потом, когда энергетическая письменность приобрела массовую доступность, уже под наблюдением Великого Совета силианглит было решено разделить на разряды.
В первый и основной разряд вошла совсем небольшая группа несложных символов, а ко второму отнесли все прочие десятки тысяч оставшихся знаков, которые не требовались для передачи обычной информации. Так, сформировавшись окончательно, с тех далеких времен Основной Силианглит больше не менялся.
Видя, что Элмио не сильно впечатлили его рассказы о том, как раньше все было сложно, капитан воинов совета не стал слишком углубляться в историю и просто посоветовал ему для большего удобства заучивать слова, которые ему требовались, сразу целиком, вместо того чтобы зазубривать отдельные символы.
Элмио раз двадцать пробовал повторить за капитаном набор закорючек в воздухе, прежде чем попытался нанести их на сгусток высокой плазмы. И все равно вода в форме маленького фонтанчика получилась у него только с тридцатой попытки. И хотя Клэйрохс поздравил его, заявив, что тот быстро учится, своему маленькому успеху Элмио радовался недолго, поняв с какой скоростью энергетические знаки на высокую плазму наносят его спутники.
И сам Клэйрохс, и Ксариэль, как потом понял Элмио, пользовались силианглитом куда чаще, чем он мог себе вообразить. Ведь таким образом создавалась не только вода или питающая энергией сфера. Даже для того, чтобы создать маленькую молнию или просто взрывающийся огненный шар, требовались гораздо более сложные невидимые надписи. А они умудрялись все это делать меньше, чем за секунду.
Тем не менее, несмотря на все сложности, Элмио все-таки освоил две магические формы — научился создавать воду и Питательную Сферу, чему был несказанно рад.
Под конец дня, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, им довелось еще раз встретиться с диллурами. Это произошло возле развалин какого-то древнего храма. В сумеречной темноте огненокровные выглядели еще более жуткими, чем при свете дня, в своем лагере в Ковахоне. Их раскаленные пылающие тела светились красным огнем, поднимая в воздух искры, отчего их высокие силуэты отчетливо были видны с расстояния нескольких километров.
Встреча с диллурами оказалась не очень приятной. Поначалу Элмио казалось странным, что огненокровных было практически не видно на их же собственных землях. Он жалел, что не может хотя бы мельком увидеть их города. Но когда все закончилось, Элмио про себя пожелал, чтобы огненокровные не встречались им на пути и впредь.
Восемь из двадцати собакоголовых гигантов, завидев чужаков, тут же окружили их и начали допрашивать: почему воднокровные осмелились так близко подойти к их святыне — древнему погребенному под землей храму, и что они вообще делают на земле Исиллар Хонмра? После продолжительного спора, Клэйрохсу все-таки удалось уговорить их посмотреть энергетический образ, запечатленный им еще в Ковахоне, который свидетельствовал, что сам Цэарибнар дал им разрешение пройти здесь. В итоге диллуры немного поостыли, но одного разрешения им показалось мало. Посовещавшись, они потребовали еще и плату за проход по их территории — под этим предлогом диллуры забрали у капитана воинов совета около сорока монет. После этого случая огненокровных они больше не встречали, и это, действительно, было к лучшему. Однако, вопреки всей ярко-выраженной неприязни ко всем воднокровным, Элмио после встречи с диллурами вернулся к своим расспросам. Его почему-то очень заинтересовала культура столь странных созданий, не похожих на людей или духов.
От Клэйрохса и Ксариэль ему удалось узнать, что диллуры, несмотря на свою жизнь в тонком измерении, по сути, не являются духами. И что для них есть только одно существенное деление живых существ — классификация по крови. Диллуров, как сказал капитан, не интересует, что происходит в плотном измерении, потому что они никогда не покидают тонкий мир. Однако при этом они презирают всех, в чьих телах течет кровь, созданная на основе воды, а не огня, поэтому не видят существенной разницы между духами и людьми.
По словам Клэйрохса, диллуры с очень давних пор считают все порождения окружающего их водного мира своими врагами. В том числе, и Великий Совет, который снабжает все живое на территории тонкого измерения человеческой жизненной энергией.
— В отличие от других обитателей мира духов, диллуры, подобно людям, способны вырабатывать собственную жизненную энергию, — пояснил Клэйрохс. — Но она совершенно иная — огненная. И только создания с огненной кровью могут поглощать ее и испытывать благодаря ней эмоции и чувства.
Также от капитана воинов совета Элмио узнал, что когда-то давно все эти различия легли в основу учения диллуров, и теперь на них строится вся их идеология. Вера, которой они придерживаются, подчеркивает особенность их крови и гласит, что на Эонрии должны существовать лишь огненокровные создания, а все остальное — проклятие, посланное на планету свыше.