Заметив на себе его взгляд, Клэйрохс обернулся.
— Тебя что-то тревожит?
— Я думал про Белоуха… — спавший на руках юноши лисенок уткнулся носом в его рубашку и беззаботно сопел.
— Да, с ним ты, конечно, не можешь заявиться к принцу.
— Может, я смог бы его кому-то оставить? — Поникшим тоном спросил Элмио, понимая, что вряд ли когда-нибудь еще увидит малыша. — Чтобы с ним хорошо обращались.
— Я не могу взять его себе, — вздохнув, ответил Клэйрохс. С тех пор, как Белоух помог им в сражении с обезумевшей самкой ящера, капитан стал относиться к нему без лишнего пренебрежения. — У меня слишком много дел.
— Да, я понимаю. — Элмио тоскливо погладил торчащее белое ухо своего пушистого друга. — Ксариэль, а может, ты смогла бы его взять? Ты же говорила, что собираешься завести себе папоротникового лиса.
— Боюсь, что мои мечты не всегда воплощаются в реальность, — она отрицательно помотала головой. — Я ведь тоже воин совета, как-никак.
— Что же делать? — уже без всякой надежды, словно у самого себя, спросил Элмио. — Я же не могу его просто так бросить.
— Возможно, моя сестра согласилась бы его взять, — задумчиво предположила Ксариэль. — Она работает в небольшой торговой лавке и, к тому же, живет совершенно одна. С лисенком ей будет веселее выздоравливать.
— Я буду просто счастлив, если она возьмет его! — Элмио чуть не подпрыгнул от радости за своего питомца, которому, возможно, не придется жить на улице. — Ксариэль, поговори с ней, пожалуйста!
— Насколько я помню, — Клэйрохс, сделав весьма удивленный вид, повернулся в сторону рыжеволосой спутницы, — ты говорила, что твоя сестра — воин совета, и пострадала, выполняя серьезное задание. Может быть, я что-то упустил?
— Да нет, все это так, но понимаешь… — Ксариэль сделала паузу, словно ей было неловко объяснять все подробности. — Она не входит в число истинных воинов и работает под прикрытием. У нее на службе и так очень редко возникают открытые столкновения, а теперь, пока она окончательно не поправится, я думаю, все ее время будет занимать только торговая лавка. Поэтому Белоух точно не помешает.
— Надеюсь, — Элмио покрепче прижал лисенка к себе.
А Клэйрохс, выслушав ответ своей рыжеволосой спутницы, только промолчал, и в следующий раз заговорил только минут через пятнадцать.
— Мы прибыли в северную часть империи духов. Скоро доберемся до пограничного поста.
Вскоре после его слов впереди за деревьями показались огни каких-то построек. Скопление невысоких домов напоминало то ли крошечный городок, то ли деревушку. По мере приближения к ним, небольшие домики прорисовывались все отчетливее: бревенчатые и одноэтажные, даже толком ничем не огороженные. В сумерках они вполне могли сойти за брошенные, если бы не слабый свет, исходивший из нескольких окон.
Возле первого строения путников уже ждали четверо воинов совета: трое иланров и один конферу. Все совершенно бодрые, несмотря на поздний час, и, как обычно, в своих длинных красных плащах.
Клэйрохс первым спрыгнул на землю со своего ящера. Встречающие их воины тут же учтиво ему поклонились.
— Приветствуем тебя, господин капитан восточной части империи! — отчеканил иланр, что выглядел постарше. — Мы ожидали твоего приезда с этим человеческим юношей. Ваше прибытие очень удачно опережает намеченный срок почти на сутки.
— Приятно это слышать. — Клэйрохс, как обычно, ответил кивком на их поклоны. — Есть какие-нибудь новости для меня?
— Нет, господин, — воин отрицательно покачал головой, а затем, немного смутившись, добавил: — Я понимаю, что вы проделали длинный путь, но была лишь одна просьба — не останавливаться у нас в штабе, а ехать сразу же в столицу.
— Я этого и ожидал, — спокойной ответил Клэйрохс. — Что-нибудь еще?
— Да, господин, — воин недружелюбно покосился в сторону Ксариэль. — Эта увигелис приехала с тобой?
— Да, она со мной.
— Приношу свои извинения, но я вынужден сообщить, что еще несколько лет назад нам был отдан приказ господином Савагонром, чтобы эта женщина не смела ступать в северные земли Империи Духов. Как воин совета, она обязана подчиниться.
Ксариэль, взглянув на иланра, угрожающе сверкнула глазами, а затем выпрямилась в седле, всем своим видом выражая холодное презрение как к встретившим их воинам, так и к их капитану, о котором они заговорили.
— Я знаю об этом приказе, поэтому детали ее визита в столицу хочу обговорить с капитаном Савагонром лично.
— К сожалению, это невозможно, — развел руками иланр. — Наш капитан сейчас в Милливэриуме. Если пожелаешь, мы можем отправить ему твою просьбу, как энергетический образ. Я думаю, он согласится принять тебя в штабе воинов совета, сразу по твоему прибытию в город…
— Я не собираюсь, тратить на это время в Милливэриуме, — хмуро ответил Клэйрохс. — Как вы все должны быть проинформированы, мое прибытие в столицу является крайне важным. Поэтому я хочу поговорить с Савагонром здесь и сейчас. Это не терпит отлагательств.
От такого заявления лица четырех воинов совета аж слегка вытянулись. Полное недоумение читалось в их глазах. Двое из них непонимающе переглянулись, а иланр, с которым до этого говорил Клэйрохс, сконфуженно почесал затылок.
— Господин, я не совсем уверен, что…
— Вы меня задерживаете, — с нажимом произнес Клэйрохс. — Я и так более чем ясно выразился, что мне от вас требуется. Один из вас прямо сейчас встретится с капитаном Савагонром и попросит его явиться сюда.
Воины снова переглянулись, застыв в неуверенном молчании и уже предположив, чем все может закончиться для того, кто решится выполнить неожиданную просьбу капитана восточной части империи.
— Господин Савагонр будет разгневан такой дерзостью, — чуть помедлив и отведя взгляд, произнес все тот же иланр.
— Если вы этого не сделаете, — Клэйрохс окинул всех четверых строгим взглядом, — то буду разгневан я.
На несколько секунд снова наступила тишина. Иланр нервно вздохнул, понимая, что раз все остальные молчат, то отвечать за все придется ему. Затем, еще чуть помедлив, вынул из-под костюма свой амулет мантхарна и протянул его Клэйрохсу.
Капитан воинов совета поднес к нему правую руку. Вскоре по амулету побежали маленькие желтые искры, после чего он засветился слабо-оранжевым светом и снова погас. Воин совета тут же спрятал его и с весьма взволнованным видом принялся создавать на земле серебристое пятно магического портала. Сослуживцы провожали его сочувствующими взглядами.
Когда иланр исчез, покинув мир духов, Клэйрохс отошел вернулся к своим спутникам.
Ксариэль, видя, что он закончил, тоже слезла со своего ящера, а вслед за ней, стараясь не обжечься, на землю спрыгнул и Элмио. Аккуратно слезать с огненного зверя, так же как с пушистого золотого волка, за которого можно было без опаски хвататься ну просто везде, у него не получалось. Поэтому, научившись прыгать, юноша предпочитал не рисковать.
— Ты, главное, не лезь в разговор, — сразу предупредил Клэйрохс, обращаясь к рыжеволосой спутнице.
— Хорошо, — кивнув, вполголоса ответила та. Похоже, с того момента, как Беренвар грозился ее убить, Ксариэль впервые серьезно нервничала.
Прошло около десяти минут, и Элмио увидел, как серебристый портал снова появился на земле. На этот раз его создали из плотного измерения, и, похоже, это был уже не тот рядовой воин. Высокий длинноволосый мужчина конферу появился на месте рассеявшейся магии. Окинув взглядом трех воинов совета, которые тут же низко ему поклонились, он повернулся в сторону Клэйрохса и неодобрительно уставился на него своими темными, почти черными, глазами.
Необычный наряд мужчины, что виднелся под красным плащом истинного воина, состоял из черных кожаных доспехов с блестящими металлическими вставками. Выглядел он внушительно — особенно острые шипы на левом наплечнике смотрелись дерзко и устрашающе. На его длинных черных волосах, спадающих почти до пояса, в слабом ночном освещении просматривались белые пряди, на первый взгляд напоминающие седину. Но, присмотревшись, несложно было разобрать, что это всего лишь особый окрас, очень подходящий ко всему его мрачному облику. К тому же, конферу выглядел не старше Клэйрохса, и седины у него, скорее всего, не могло быть в принципе, ведь духи по своей природе не стареют.