— Надо же. К сожалению, мне не довелось о таком слышать, — иланр еще раз поклонился. — Кстати, я забыл представиться. Меня зовут Рафоге́н. Я увлекаюсь разными изобретениями духов и людей, а также некоторыми природными феноменами и немного историей. В свободное время я иногда и сам изобретаю что-нибудь…
— Это все замечательно, но мы торопимся, — Клэйрохс еще раз дернул Элмио за плечо, на этот раз ощутимо сильнее. — Так что прошу нас извинить.
— Тебе не понять! — Элмио только отмахнулся от капитана и остался сидеть на том же месте. — Если я сделаю еще шаг, то не выживу. Мой организм для таких самоистязаний просто не приспособлен!
— Странно, а мне кажется, ты вполне здоровый юноша, — Рафоген заинтересованно оглядел его. — Возможно, это какая-то человеческая проблема, о которой я просто не знаю? Могу я чем-то помочь, раз уж я встретил таких интересных прохожих и осмелился вас потревожить?
— Построй здесь лифт, — не обращая внимания на особую вежливость чудаковатого типа, равнодушно ответил Элмио. Из-за бесконечного подъема у него началась самая настоящая хандра. Раньше ему и в голову не могло прийти, что он не в состоянии преодолеть какой-то там подъем с одного захода. Да, пусть эта лестница очень высокая и совершенно без перил, но все-таки — это же не какая-нибудь непреодолимая горная вершина. Это обычная, черт бы ее побрал, лестница!
— А это идея! — весьма заинтересованно произнес Рафоген, явно все еще занятый мыслями о лифте. — Может быть, вы могли бы рассказать мне подробней об этом удивительном изобретении? Вообще-то, мой дом со всеми моими исследованиями находится на самом краю южной части империи, но сейчас я живу тут, неподалеку от столицы. Можно было бы как-нибудь встретиться, выпить чаю и поговорить. Заходите ко мне, я буду счастлив принять вас у себя!..
Клэйрохс, уже не обращая внимания на приставшего к ним иланра, грубо схватил Элмио за шкирку и одним резким рывком поставил на ноги.
— Пойдем, — строго произнес капитан, развернулся и продолжил подниматься, всем своим видом давая понять, что больше останавливаться не намерен.
— Ну ты садист! — Элмио ничего не оставалось, как поплестись за ним следом. — Я тебе это припомню!
— Тебе сколько лет? — возмущенно выругавшись через плечо, поинтересовался Клэйрохс. — Не можешь элементарно подняться по лестнице!
— Потому что это не лестница, а какой-то безумный инструмент для пыток! — обиженно простонал в ответ Элмио. — Она же километров на десять длиннее, чем все что себе можно вообразить! У меня уже ощущение, что с каждой ступенькой она только увеличивается… В моем мире не строят таких ужасных вещей!
— Что ты мне рассказываешь? Я что, небоскребов ваших не видел?
— Там есть лифт!
— Тебе бы он все равно не помог, у тебя же клаустрофобия, — напомнил Клэйрохс.
— Фигня вся эта клаустрофобия! — Элмио вытер пот со лба. — Лучше пару минут помучиться от удушья, чем умереть от усталости!
Рафоген, перестав спускаться, провожал их заинтересованным взглядом. Он не часто разговаривал с воинами совета, а представителей человечества так и вообще встречал всего пару раз в своей жизни. Что и говорить, для него это оказалась очень любопытная встреча.
Наконец, подъем закончился, и последний пятый уровень, открывающийся сразу за высокой золотистой аркой, был достигнут.
Что представляла собой последняя ромбообразная площадь, какие постройки возвышались на ее улицах, и чем здесь занимались местные жители, сказать с первого взгляда было сложно. Бледная, но в целом довольно густая пелена небесного тумана охватывала собой весь уровень. Правда, скорее, это был вовсе не туман, а облако, но сути дела это не меняло.
Из-за плохой видимости Элмио боялся наткнуться на какой-нибудь фонтан с бесшумно струящейся высокой плазмой, или на очередного случайного прохожего. Хотя, надо сказать, духов на этом уровне было намного меньше, чем на четырех предыдущих. Тишина и спокойствие царили здесь, среди одиноких колонн и арок. Пару раз Элмио все же видел проходящих мимо строго одетых мужчин в белых плащах, в сопровождении имперских стражников, и с кучей похожих на свитки пергаментов. Но все они вели себя исключительно по-деловому — с выражением крайней занятости на лицах. Поэтому никаких шумных разговоров или прочих признаков суеты на пятой небесной площади услышать не довелось. Только один раз двое каких-то странных типов с пепельными волосами и в белых одеждах о чем-то переговаривались вполголоса. Их внешность была довольно необычной. Поначалу Элмио принял их за коверилов, но, когда они вышли из тумана и прошли мимо, ощущение мнимой схожести сразу же рассеялось. Слишком прямые и правильные у них были черты лица.
— Это мигиэ́ндрины, — пояснил Клэйрохс, после того как Элмио заинтересованно обернулся в сторону странных прохожих.
По словам капитана, эта раса духов была немногочисленна и к тому же далека от мирских дел, зато славилась своими выдающимися интеллектуальными способностями. Мигиэндринов сложно было увидеть в других уголках Империи Духов. Чаще все они обретались в столице.
Кроме типов в белых одеждах еще им по дороге встретились двое маленьких детей, лет примерно шести-семи. За все время пребывания в мире духов, с совсем юными жителями тонкого измерения Элмио столкнулся в первый раз. Дети были со своей матерью, но вели себя слишком тихо и послушно для своего возраста. Это наводило на странные мысли. Хотя, вероятнее всего, причиной был дефицит жизненной энергии, поэтому разбрасываться своими эмоциями, живущие в уединении духи просто не могли.
Увидев Элмио, малютки робко улыбнулись и, отводя взгляд, попытались сделать вид, что ничего не обычного не заметили.
Спустя еще минут десять, густой туман начал рассеиваться, и по обеим сторонам дороги, которая заметно ушла в тень, показалось высокое ограждение.
— Вот мы и пришли, — произнес Клэйрохс, когда стены разошлись в стороны причудливой аркой, и за ними показался широкий проем, плавно переходящий в декоративный сад.
Сразу же за садом возвышалось огромное здание, похожее на пирамиду. Почти целиком оно было построено из белого мрамора и местами облицовано отдельными желтоватыми блоками с вырезанными древними надписями. Капитан пояснил, что это дворец — жемчужина Милливэриума. Верхние его этажи, вместе с многочисленными террасами и колоннами, терялись в обволакивающем тумане, скрывая его истинную высоту.
К распахнутым настежь золотым воротам, примерно восьмиметровой высоты, была выложена бледно-оранжевыми гладкими плитами широкая дорожка. Она имела ровно четыре невысоких ступеньки и обрамлялась строгим бордюром. С каждой стороны от ворот стояло по шесть имперских воинов — стражников в длинных синих плащах и парадных серебристых костюмах под ними.
Вслед за Клэйрохсом, Элмио проследовал прямо внутрь величественного здания и сразу же оказался в огромном, но почему-то пустовавшем зале с десятиметровым куполообразным потолком. Окон в зале не было. Внутри царил полумрак, и вместо уже привычных светильников, развешанных по стенам, приглушенный фиолетовый свет исходил от необычного, стоявшего в центре, магического фонтана с плоским, как столешница, верхом.
У стены, напротив входа возвышались статуи из шершавого зеленого камня. Огромные, почти под самый потолок, они изображающие разных мужчин и женщин. Статуй было ровно двадцать, и все они отличались друг от друга образами, одеянием и статью. Некоторые стояли в воинствующих позах, сжимая в руках оружие, другие, наоборот, выглядели довольно миролюбиво и тянули руки к небу или опирались на посох. Все это — и фиолетовый полумрак, и статуи — создавали одухотворенную атмосферу. Словно этот зал был древним храмом, построенным не одно столетие назад, и по какой-то таинственной причине уцелел с тех далеких времен.
— Кто эти люди? — спросил Элмио, инстинктивно понимая, что изваяния изображают именно людей, а не духов.
— Это Великий Совет. — Клэйрохс мельком оглядел все статуи. Казалось, он видел их уже сотни раз. — Эти скульптуры были сделаны очень давно, в горах, далеко на западе отсюда, в знак вечного уважения и благодарности Великим. Тогда двадцать человеческих магов только пришли в наш тонкий мир, и, совершив свой первый подвиг — одолев Пламенного Дракона Хранителя Врат — принесли духам жизненную энергию и стали именоваться «Великим Советом». Несколькими столетиями позже эти статуи перевезли сюда, в Милливэриум, чтобы именно здесь, в столице, каждый желающий мог поклониться создателям Империи Духов и их первым изображениям.