— Конечно, Великий Совет не будет выяснять, что эта, с виду простая энергетическая воровка долгое время находилась в мире людей просто так, не забирая ни капли жизненной энергии ни у кого, чтобы оставаться как можно дольше незамеченной. Что для нее, как выяснилось, смыслом всей жизни было успешно украсть твою память и сделать так, чтобы ты после этого выжил и позвал на помощь. А потом найти и вернуть тебе лишь обрывок одного-единственного воспоминания, доказывающий, кто ты на самом деле. — Элармио сделал паузу и, взяв со столика свою маску, начал разглядывать ее основной узор в форме короны. — Великий Совет не поинтересуется, откуда у авелори сразу же появились подозрения, что у молодого правителя есть брат, и что это именно он, лишенный своей памяти, направляется в столицу Империи Духов, в Милливэриум. — Принц подошел вплотную к брату и, снова отложив маску, развел руками. — Им будет наплевать, Элмио, что тебя использовали для того, чтобы убрать со своей дороги меня. У Империи Духов просто появится новый правитель, не семнадцатилетний мальчишка, а кто-то постарше, кого народ сможет по праву именовать Императором.
— Значит, все это было подстроено только ради того, чтобы лишить тебя власти и трона? — Элмио вернулся к столику и с задумчивым видом сел в одно из кресел. — Наверное, есть много желающих занять твое место?
— Ты даже себе не представляешь, сколько, — Элармио со вздохом оперся руками о стол и на несколько секунд бессмысленным взглядом уставился в пустые глаза маски.
— Да ладно тебе, я уверен, мы что-нибудь придумаем, — постарался успокоить его Элмио, но принц будто не слышал его слов.
— Когда от рук наемных убийц умер наш отец, мне самому не хотелось жить, — снова заговорил Элармио, спустя несколько секунд холодного молчания. — Это был очередной политический заговор. Рано или поздно такое происходит с каждым императором. Даже с теми, кого отстранили от должности. Духи ведь не умирают своей смертью. Так вот, когда убили отца, я был совсем еще ребенком, мне тогда только-только исполнилось одиннадцать лет. Мне казалось, что я сам скоро умру от горя или сойду с ума. А тут еще Великий Совет вынес свое решение и объявил, что искать нового императора долго не придется, и что его место должен занять я, когда достигну совершеннолетия. По такому случаю пятнадцать главенствующих официальных лиц империи, которые помогали раньше вести дела отцу, взяли правление целиком на себя. Они должны были следить за делами мира духов и заодно обучить всему меня. Говоря откровенно, никто из них, дорвавшись до власти, не горел желанием со временем возвращать ее мне. Поэтому, когда в преддверии моего шестнадцатого дня рождения, неожиданно для всех Великий Совет объявил, что я уже готов принять трон и через месяц стану новым правителем Империи Духов, врагов и недоброжелателей среди официальных лиц империи у меня сразу же утроилось. — Элармио раздраженно сдвинул брови. — Так что я не очень-то был рад, когда власть пришла ко мне в руки. Вдобавок ко всему прочему, Великий Совет не стал открывать тайну моего происхождения, что было вполне логично. Поэтому мне пришлось продолжить носить закрывающую лицо маску. Потом я даже обыграл это, как собственное нововведение, мол, ради повышенной безопасности, лучше сохранять внешность правителя империи в тайне…
— Интересно, почему же Великий Совет распорядился, что следующим императором должен стать именно ты? — задумчиво спросил Элмио. — Я так понял, им все равно из кого выбирать.
— Понятия не имею, — Элармио развел руками. — Единственное, что кардинально отличало нашу с отцом политику практически от всех нынешних претендентов на трон — это отношение ко всем диллурам и к Исиллар Хонмра в целом. Но на это, как раз, Великому Совету начихать. Никто не понимает, какую угрозу для всех духов несет Иллартши Атнра со своими войсками. Официальные лица империи его даже всерьез не воспринимают. Однако, я уверен, что весь этот заговор с твоей памятью — его рук дело. Не зря же та шевиера покончила жизнь самоубийством, упоминая одну из их древних легенд — Рэ́ймыннгион. Диллуры давно хотят воплотить ее в жизнь. Легенда эта гласит о том, что однажды диллуры очистят свои земли от всех воднокровных. Это их древняя мечта. Весь мир духов они видят в огне. Ради нее они убили нашего отца, а теперь решили устранить и меня.
— Но разве Великий Совет позволит уничтожить всех воднокровных духов? — удивился Элмио. — Да и вообще, почему ты считаешь, что тебя обязательно должны снять с должности правителя империи? Разве мало аргументов, доказывающих, что все произошедшее со мной было спланировано, и ты тут ни при чем?
Элармио внезапно расхохотался и посмотрел на своего брата так, словно тот спросил его, почему небо синее.
— Послушай, Великий Совет воспринимает мир духов, как одно целое, как одну большую империю тонкого измерения. Его вовсе не волнует, что диллуры не считают себя ее частью. Советникам все равно, они не обращают внимания на то, что эти собакоголовые их даже не уважают. Я попробую тебе объяснить, если хочешь. Двадцать магов, пришедших в этот мир, превратили его всего лишь в пародию на свой собственный, потому что люди просто изгнали их. Мы для них вроде зоопарка. Они ходят тут по разным городам в образе простых духов и наблюдают за естественным процессом жизни. Не будут они слушать россказни о всяких заговорах, а тем более вмешиваться в наши дела. Просто поставят нового императора, который будет лучше следить, чтобы из этого «зоопарка» никто не сбежал и не обидел человечество, вот и все.
— Да не может такого быть, — возмущенно запротестовал Элмио. — Что, получается, Великому Совету совершенно все равно, что творится в мире, который он фактически создал?
— Дорогой брат, — Элармио все еще было смешно, — ты видел когда-нибудь, чтобы воспитатели в детском саду вмешивались в игры детишек, отнимая игрушки у одного и отдавая другому?
— Ну, знаешь, если они убивать друг друга начнут, я думаю, вмешаются.
— А Великий Совет не вмешается, — серьезно отметил Элармио. — По крайней мере, пока ситуация не станет критической, и существование всей Империи Духов не окажется под угрозой. Но к тому моменту уже прольется столько невинной крови, что даже вообразить страшно.
— Но должен же быть какой-то выход. — Элмио стало жутко от слов принца. — Что-то же можно сделать, чтобы предотвратить все это?
— Не дать никому убедиться, что ты действительно мой родной брат, и что тебя начисто лишили всей твоей памяти, а когда ты попросил о помощи, что я вдобавок ничего толком не смог сделать. — Элармио отошел от столика и снова принялся расхаживать перед своим троном. — А поскольку авелори уже начали за тобой активную охоту, и все, что известно им, — известно и Великому Совету, я не вижу другого выхода, кроме как тебя убить.
— Что?.. — словно плохо расслышав, Элмио медленно поднялся из-за стола и уставился на принца. Легкий холодок пробежался по телу, заставив его вздрогнуть.
Под спокойным, немного насмешливым взглядом брата Элмио не мог понять, шутит ли он так или говорит серьезно.
— Жизнь суровая штука, не правда ли? — Элармио снова усмехнулся, видя откровенное недоумение на лице брата.
— Хочешь сказать, что ты приказал меня сюда доставить только для того, чтобы убить?! — с негодованием выпалил Элмио, удивление которого тут же сменилось злостью.
Принц промолчал, с интересом продолжая наблюдать за его реакцией на свои слова.
Вспоминая предостережение Клэйрохса, Элмио до боли в костяшках сжал кулаки.
— Так для чего же было посылать за мной в человеческий мир самого капитана воинов совета, если убить меня можно было и там?!
— Ну, поначалу, еще до того, как я понял, что ты мой брат, особых планов на твой счет у меня не было, — скучающим тоном ответил принц. — Как я уже сказал, Клэйрохса я за тобой отправил потому, что он последнее время не справлялся со своими обязанностями. На его территории совершили неслыханный за всю историю Империи Духов побег, а он даже не смог позаботиться о том, чтобы преступников нашли и обезвредили. Поэтому, когда спустя месяц на тебя напали, я отправил его к тебе, чтобы он все быстро уладил и решил, наконец, проблему, с которой не справились его подчиненные. — Элармио сделал паузу, а затем спокойно продолжил: — И только потом, когда капитан показал мне твой сон и твою внешность, я понял, кто ты и зачем на тебя было совершено нападение. Конечно, ты прав, тебя можно было убить и тогда, без всей этой мороки с поездкой в Милливэриум. Но прежде, чем идти на такой рискованный шаг, я должен был на всякий случай лично убедиться в том, что ты — это ты. Такие вещи, как воспоминания, знаешь ли, можно подделать, а похожие лица иногда встречаются. Да и вообще, я практически ничем не рисковал, организовывая встречу с тобой, братишка. Клэйрохс в любой момент по моему приказу был готов сам тебя убить. Не забывай, он же мне подчиняется. Так что, моему маленькому желанию устроить посиделки с родней было суждено осуществиться.