Полторы недели на лоне дикой природы заставили скучать (страдать!) от недостатка таких элементарных вещей как подушка, кровать, ванна и горячая еда. Местность, по которой мы до этого путешествовали, могла похвастаться лишь деревьями, животными и любопытной нежитью, с которой нам пришлось пару раз столкнуться.
Мы с принцессой уже впали в полноценное отчаяние, когда вчера вечером Хэл поведал, что на рассвете мы выедем к самому крупному селу на севере страны. Порадоваться не дал Амальриэн. Эльф наотрез отказался заезжать в деревню, ссылаясь на острую нехватку времени. На этот раз я решила его не убивать, а лишь сообщила, что если мы не сделаем остановку, то отряд лишиться двух молодых, перспективных и красивых магичек. Как ни странно, эльф сдался. Вот только я подозреваю, что не из-за моих угроз. Надо сказать, что увещевали Амальриэна мы с Иланой на пару, при этом стараясь излагать факты как можно жалостливее и протяжнее. Остальные, располагавшиеся в это время на ночлег, видя, что настроены мы серьезно и концерт прекращать не собираемся, стали адресовать эльфу недвусмысленные взгляды, в которых отчетливо читалось, что будет с ним, если эти две сумасшедшие (мы то бишь) не прекратим распугивать всю нечисть в округе своими воплями (то есть просьбами). Эльфу пришлось выбирать из двух зол: либо потерять время и всё же заехать в село, либо быть бесславно растерзанным уставшими товарищами...
И вот мы остановили лошадей на небольшом холме, откуда была видна зеленая низина, в которой уютно расположилось поселение, освещаемое восходящим за нашими спинами солнцем. Наконец-то!!! Прощай жесткая земля, сырость по утрам и листья лопуха (простите, накипело). Полюбовавшись открытой панорамой, мы двинулись по убегающей вниз дорожке к открытым воротам.
Когда гном сообщил нам наименование сего гостеприимного места, я задумалась о несовершенстве мире в общем и глупости людей в частности. Помните название того болота, которое мы проезжали? Во-во, это из той же оперы. Село именовалось... Готовы? Пернатые копытца!!! Тихо подозреваю, что имена здешним местам давал один и тот же субъект с очень богатой (читай, больной) фантазией. Это северное поселение было очень большим и товары, поступающие отсюда в центральные земли и столицу составляли около сорока процентов от всего товарооборота. Пернатые копытца уже давно претендовали на статус города (что давало как внушительные налоговые льготы, так и позволяло строить отношения с центром на новом уровне), и, собственно говоря, столица, где и решались подобные вопросы, была не против. Единственным условием, которое было поставлено - это (догадайтесь?) сменить название села. Однако тут столичная власть столкнулась с непробиваемым патриотизмом местных жителей, которые искренне гордились как своим поселком, так и его наименованием. Так и уперлись они: тутошние, простите за каламбур, копытами, а столица, полагаю, рогами. Поэтому Пернатые копытца остались селом-неофициальным-городом, за что пернатокопытцы или пернатокопытчане, тьфу, в общем здешние были в обиде на столицу.
Медленно продвигаясь в очереди желающих попасть за ворота, мы узнали, что сегодня состоится ярмарка, а вечером, в честь рождения сына местного старосты-градоправителя (выбирайте, что больше нравиться), будут народные гуляния. Услышав это, мы с Иланкой хищно оскалились, Мартин обреченно застонал. Правильно, держитесь Пернатые копытца мы идем! Дайте только найти постоялый двор и перекусить...
Смотря на выбранное эльфом место нашего обитания, я мысленно добавила в уже и так не маленький список его недостатков еще один - скупердяйство. Добротные и респектабельные дворы располагались ближе к центру села, в то время как на окраинах ютились второсортные таверны и забегаловки, основной контингент которых составляли либо люди с тощим кошельками, либо те, кто эти самые кошельки безвозвратно одалживал у других в каком-нибудь темном переулке. В общем, от ворот мы уехали недалеко. Амальриэн остановился на деревянном двухэтажном здании, с большими, но грязными окнами, каменной трубой, из которой валил густой дым и незатейливой вывеской гласившей "У Парамона". Справа виднелся небольшой покосившийся сарай, обросший с одной стороны бурым мхом. Полагаю, это надо называть конюшней.
Эльф невозмутимо слез с коня, отдал поводья подбежавшему мальчишке с чумазой рожицей и прошествовал внутрь. Мы последовали его примеру.
-Ника, а у тебя среди трав не найдется какого-нибудь яда? - Полюбопытствовала Иланка, сверля взглядом спину нашего руководителя.
-К сожалению, нет. - Угрюмо ответила я. - Но есть отличное слабительное.
С этой туманной угрозой мы вступили в таверну. На наше удивление внутри оказалось просторно и относительно чисто. В столовой зале царил полумрак, единственная лампадка отбрасывала неяркий свет на старые дубовые столы и скамьи. Проникающие сквозь стекла лучи солнца позволили разглядеть в глубине лестницу, уводящую на второй этаж и дверь в левом углу, вероятно в хозяйственную комнату. Пол под ногами тихо поскрипывал, стены были пустыми и лишь на одном подоконнике, выделяясь ярким красным пятном, в керамическом горшке красовался пышный цветущий куст герани.
Эльф о чем-то тихо шептался с маленьким круглым человеком, стоявшим за барной стойкой. Вероятно, это был сам хозяин. Его голова как болванчик мерно кивала в такт словам Амальриэна, а правая рука с тряпкой, по всей видимости рефлекторно, натирала столешницу. Вот голова Парамона дернулась в последний раз, он встрепенулся, как будто только что очнулся и, поспешно выкатившись из-за стойки, начал тараторить:
-Сюда, сюда господа. Лучшие комнаты только для вас. Сейчас будет всё готово. Марита! Марита, душа твоя жвачная, где ты там?
На зов явилась пышная блондинка, действительно что-то жующая. Судя по сходству, дочь хозяина.
-Марита, проводи наших гостий в их комнаты. - Он широко улыбнулся всем нам троим по очереди, а затем развернулся к нашим товарищам. - А вас, господа, попрошу за мной.
Дочь хозяина, нисколько не обращая на нас внимания, оценивающим и опытным глазом окинула удаляющуюся за отцом сильную половину нашего отряда, тяжко вздохнула и недовольно посмотрела на нас.
-Следуйте за мной. - Басом, подстать папашиному, любезно попросила она нас и двинулась в сторону лестницы.
Я незаметно взглянула на идущую рядом Нариэль. Мы-то с Иланой еще во дворе высказали все, что думаем об эльфе, а вот эльфийка продолжала хранить молчание и оставалась совершенно невозмутимой. Её поведение искренне меня удивляло и ставило в тупик. Она исправно выполняла свои обязанности, если кто из нас ранился или заболевал (однажды Хэл подсунул Шану в миску листья мандоры, после чего последний покрылся красными пятнами и еще дня три ожесточенно чесался), но при этом держалась даже большим особняком, чем Рейн. С Амальриэном она общалась редко, с нами - практически никогда. Лишь иногда я перехватывала её задумчивые взгляды, когда она изучала кого-либо из нас. У меня лично от этого взгляда мороз по коже пробегал...
Все три комнаты располагались рядом. Не знаю как у остальных, а моя была идеальным раем для аскетов. Небольшой топчан в углу (хоть бы поместиться на нём целиком!), одинокий стул, тумбочка с кувшином и тазиком - всё! Я глухо зарычала, начиная догадываться, что эльф всё-таки нашел способ нам отомстить за вынужденную остановку. Я рванула на себя входную дверь и вылетела в коридор, слева от меня раздался аналогичный стон резко открываемой двери, и взбешенная Илана оказалась рядом со мной. Мы поняли друг друга без слов. Для меня это было форменное издевательство, для подруги - оскорбление (ведь принцесса как ни как). В общем, это означало войну!