– Ой, у меня так болят ноги. Я просто падаю, – усталым голосом сказала Люда.
– Я говорила тебе, не танцуй так много, отдохни. Светловолосый парень ничего, но слишком деловой, – сказала Галя.
– Новая смена, а на дискотеке звучат старые песни, а хочется чего-то новенького, – тихо сказала Таня.
– Ну, все, давайте спать, вон наш губернатор давно уже спит, – пошутила Галя.
Девушки тихо засмеялись. В оранжевом шатре мелькал свет фонаря, и стройные тени весело шелестели спальными мешками. Скоро свет в палатке погас, и, утомленные танцами, девушки уснули. Я снова открыл сонные глаза и взглянул на бескрайний океан неба, и вдруг, словно спичка, чиркнула яркая звезда по темной синеве. Ее маленький свет потонул в глубинах небесного океана, а я, закрыв глаза, потонул в глубинах сна.
Солнце играло в сосновых кистях, а плеск утренних волн навевал новый сон, белая чайка облетала наш лагерь, отыскивая зорким взглядом кусочки белого хлеба. Я уселся на ложе и размял свое заспанное лицо, я чувствовал, что пребывание на отдаленном острове постепенно залечивало мою рану, но неожиданные воспоминания об Анжеле, подобно фотовспышке, ослепляли мой мозг. Перестав играть зелеными кистями, солнцеликая, поднявшись выше, добралась до моих лопаток и шеи, и я вновь почувствовал, как солнечные ласки начинают сводить меня с ума. Вот так, постепенно, я приходил в норму после нанесенного мне удара, да, я был не на шутку живучим, что всегда открывало мне печальную перспективу на множество новых последующих ударов. Подняв с сухой земли пластмассовую канистру, я поднес ее к пересохшим губам, вкус теплой воды был отвратителен, и часть воды я проглотил, а часть выплюнул. Рядом с ложем на каменистом участке земли лежали миски, кружки, картонная коробка, наполненная сахаром, на котором лежала мельхиоровая чайная ложка. Моя палатка пустовала, и я думал о том, что даже беспокойный житель Андрей нес мне что-то вроде успокоения, очевидно, я чувствовал это оттого, что всякое жилое пространство в привычном понимании должно быть заселено человеком, от этого и врожденное чувство беспокойства, что ваш дом пустует. Девушки проснулись, они весело выскочили из палатки и стали умываться и чистить зубы.