— Перестаньте, Фрэнк, он такой хороший мальчик.
— Очень хороший, когда не нужно приспосабливаться к его настроениям.
— Но его же не было с вами несколько месяцев.
— Меня-то здесь тоже не было. — Фрэнк развел руками, изображая раскаяние. — Завтра он возвращается в Ла-Рошель. Кресси немного расстроена — она надеялась, он поедет с нами домой, и мы устроим что-то вроде семейного отдыха. Но Гил и слышать об этом не желает. Настолько занят собственными дерьмовыми делишками, что с ним и разговаривать-то невозможно.
— Да что произошло, Фрэнк? Что с вами случилось? Вы же так хорошо ладили…
— Пока ему в башку тестостерон не ударил, — устало сказал он. — К тому же дело тут не столько в его взрослении, сколько в старении — моем, я имею в виду. Последние пару лет мы только и делаем, что спорим. — Он почувствовал прилив знакомого, но почти позабытого родительского негодования, такой же, какой уже ощущал однажды, — когда двое его сыновей от первого брака достигли такого же состояния угрюмой вялости и замкнутости. Это сильно повлияло тогда на его брак, и теперь Фрэнк был встревожен, осознав, что снова оказался в аналогичной ситуации. Или он просто использовал осложнения с Гилом, чтобы заслонить другие проблемы?
— Все так плохо, да? — спросила Грейс. — Я могу чем-нибудь помочь?
— Нет, все само уладится, надеюсь. — Он повернулся лицом к окну. До болезни старого полковника они с Крессидой были так близки! Второй муж, вторая жена… В последнее время Фрэнк все чаще замечал за собой стремление забыть о том, что и сам он, и она все еще тащат на себе бремя прежних браков, забыть навсегда, чтобы оно больше не отравляло им радость, обретенную в совместной жизни. Неужели это коснется и Кэти-Мей, и малышка попадет в эту ловушку, засохнет, как бабочка, зацепившаяся за повешенную ими липучку? Нет, в это не хотелось верить. Он стал смотреть, как девочка дурачится в саду. Она заметила это и замахала ему руками, потом начала корчить рожицы.
— Папочка, когда же мы наконец поедем?
— Побудь там, я сейчас к тебе выйду, — крикнул он ей из окна, а потом с грохотом его захлопнул. Подумал, не сказать ли жене, куда он собрался, потом решил, что не стоит. Оглядел наполовину опустевшую гостиную. Гил куда-то исчез, Грейс пошла на кухню. И Фрэнк решительно направился к двери. Его внезапный рывок, видимо, послужил сигналом того, что поминки окончены, потому что оставшиеся гости начали потихоньку, боком двигаться к выходу. Фрэнк чуть ли не галопом выбежал из дома и бросился в сад, где его с нетерпением поджидала Кэти-Мей.
— Гила видела? — спросил он.
— Ага, — ответила она. — Он поехал в Рэдклиф повидаться с Джекменом. Просил передать тебе, что заказал билет на завтра, на утренний рейс, и просит, чтобы ты отвез его в аэропорт.
— Да неужели?
— Точно. Сказал еще, что поминки — это для него чересчур.
Фрэнк улыбнулся ей.
— Для меня тоже, малыш, — с чувством произнес он.
Е-мейл от Фионы Мур Шону Брофи
Шон! Спасибо за (неожиданный) ленч, а также за комплименты — я прямо не знала, куда деваться, но все равно очень рада, что вам понравились первые три очерка. У меня действительно образовался некоторый вкус к этому жанру. Как говорится, в жизни встречаешь так много интересных людей. Я тут думала над тем, что вы мне сказали про то, чтобы включить в серию очерки о нескольких новичках, и мне эта идея нравится. Буду собирать материал, посмотрим, что получится.
Фиона
Глава 7
Фрэнк пошел в сад к дочери, Грейс отправилась разыскивать Крессиду. Та сидела на полу у входа в кухню, уронив голову на руки.
— Господи, Кресси, что вы тут делаете?
Крессида подняла голову и скорчила недовольную гримасу:
— Пытаюсь не мешаться под ногами. Все уже ушли?
— Почти. Погодите здесь еще пару минут, потом пойдем в холл, вполне успеем еще с ними попрощаться. — Грейс села рядом с подругой и обняла ее. — Извините, Кресси. Что, все было так ужасно?
Крессида прикусила губу.
— Гораздо хуже, чем я ожидала. Мне почему-то казалось, что сразу станет легче, понимаете, снова начну жить… а теперь…
— Крессида? — Один из гостей просунул голову в кухню. Это был низенький толстенький человек среднего возраста, с кустистыми бровями и скверными зубами. Он с интересом посмотрел на сидящих на полу женщин. — Мы уходим. Жду вас завтра в одиннадцать. — И ни слова благодарности, отметила про себя Грейс.