плаканной ночи оставались в виде напоминания опухшие от слез глаза. Никакие румяна не способны были их спрятать или хотя бы слегка замаскировать, поэтому приходилось пониже натягивать шляпку. Успехи в учительстве давали мне на то поблажку. Пока я работала, за Кенаи приглядывала няня. А после работы я торопилась к сыну, отмахиваясь от любых предложений куда-либо сходить. Лишь самым близким из друзей удавалось затащить меня в какой-нибудь театр или на прогулку по парку. Иногда я заглядывала к подругам на чай, но редко, иначе все наши разговоры так или иначе сводились к тому, что мне пора обзавестись ковалером. Они продолжали пророчить мне в мужья Майка, хотя тот ни разу не проявил к моей персоне дожной заинтересованности. Это и к лучшему, но есть маленький шанс, что на этот счёт я просто слепа.Ну, и пусть. Мне не нужен никто кроме Калима. Стоило остаться наедине и выключить ночник, как в голове тут же всплывали воспоминания о бурных ночах, проведенных в объятиях моего Вождя. Как хорошо было в эти моменты, как горячо прижимали к себе сильные руки, как жадно целовали любимые губы. Разве это законно, быть таким совершенным во всём? Этот человек был красивым снаружи и таким же красивым внутри. Он умел любить, умел доставлять своей женщине истенное наслаждение. И я была благодарна за это, старалась превозмочь все ожидания, только спустя годы вдруг сплаховала. Но весьма оправдано. И вообще, если бы "мудрые" советники пересмотрели свои устаревшие нормы и законы, то ничего бы этого не было. И жила бы я сейчас себе счастливо в окружении любимой семьи, обожаемая народом и тем же Советом. А так все пожимают горькие плоды жестокой Конституции народов Австралии.Как любят говорить романтики, время лечит. Я сначала долго это отрицая, демонстрируя упрямо кроваточащие раны в груди. Но вскоре по-тихоньку смирилась и ощутила на себе его лечебные свойства. Нет, раны так и не зажили, может слегка подзатянулись, — хотя стоило Кенаи так хитро, по-отцовски, улыбнуться, и из них снова сочилась кровь — однако жить стало полегче. Я вроде как вошла в ритм своей теперешней жизни. И подумать только, на это дело потребовалось два с половиной года! Калим, наверняка, за это время ещё больше возмужал, закрепил своё право на управление землями и стал ещё прекраснее.Интересно, вспоминает ли обо мне? И так же ли часто, как я о нём? А может женился снова и навсегда вычеркнул нас с Кенаи из своего сердца?..Не смотря на то, что мой день был забит под завязку всякими делами в виде преподавания, участия в улучшении школьной системы (тут меня слушали так же увлечённо, как и в Австралии) и воспитания весьма повзрослевшего сына, я всё же находила время для грусти и печали о том, что навечно осталось в моём сердце. Словно всё было сном. Прекрасным и развивающим душу...Кенаи, и правда, очень вырос за эти годы. Научился бегло тараторить, нашел достойное увлечение, мальчик живо интересовался науками и путешествиями. Думаю, это всё влияние Майка так подействовало на него. Но ничего, с возрастом ещё многое переменится. Кенаи рос добрым мальчиком, любил животных, с лёгкостью заводил друзей, почитал взрослых и очень помогал мне. Без него я чувствовала себя просто без рук! Он сам одевался, сам умывался, накрывал стол, кушал, мыл за собой тарелку, вгоняя этим в краску нашу домработницу, которая приходила три раза в день. Няня Кенаи просто обожала. Ещё бы! Этот ребенок не доставлял хлопот, с ним было весело играть и интересно разговаривать. Не смотря на юный возраст, Кенаи мог поддержать и довольно взрослые беседы. Я гордилась своим сыном, истинный наследник и будущий правитель. Австралия будет рада, если во главу неё встанет такой Вождь. Он ещё войдёт в историю, вот увидите.Меня радовало, что мы с Кенаи были так близки. Каждая мать мечтает о таких отношениях с сыном. Мои родители в нём души не чаяли, постоянно баловали, часто приезжали в гости и забирали его на время с собой. Несмотря на это мальчик рос совсем не избалованным. Разве не чудо ли? Боги всё ж дали мне немного счастья в лице моего сына. За что им огромное человеческое спасибо.Сегодня, как и вчера и позавчера, я с утра бодро отправилась на работу, передав Кенаи на попечение няни. Местная школа, где я работала, находилась близко к дому, так что добраться до неё можно было пешком. Странно, но этой ночью мне снилась Австралия. Это было редким явлением, не смотря на то, что думала я о ней очень часто и прямо перед сном. Детали сна я не помнила, однако не покидало ощущение, что сегодня что-то должно произойти, связанное именно с этим материком.Все уроки я чувствовала себя как не в себе. Внимание моё рассеялось, оттого ученики, почувствовав неладное, вели себя тихо, что весьма кстати. Мысленно поблагодарив их за это, отвела свои занятия и поспешила домой. По дороге столкнулась с Майком. Признаться, говорить с ним очень не хотелось, но чувство такта и воспитание не позволяли сделать вид, будто я его не заметила. Пришлось поздароваться и вступить с ним в пустой диалог.— Сегодня как всегда пасмурно, — констатировал факт мой собеседник.— Верно. Англия как всегда в своем духе, — отвечала ровно.— Как поживает молодой мистер Келовей? — осведомился Майк состоянием Кенаи. Я и забыла, что он уже неделю не навещал нас, хотя раньше почти каждый день являлся на ужин. Моя оплошность, работа и сын отнимали всё моё внимание.— Прекрасно, радует своей любознательностью. Ты можешь зайти вечером и отужинать с нами. Уверена, Кенаи очень будет рад тебе, ему точно есть, чем с тобой поделиться, — нет, я не настаивала на визите Майка, это было лишь дружеское приглашение и то в интересах моего сына, нежели меня.— Хорошо, я с радостью зайду, — деловито отозвался Майк. Как всегда серьезный и сосредоточенный, в отличие от меня сегодня. Он тем временем продолжал, — Ты сейчас на рынок? Позволь помогу тебе донести продукты.О, а это кстати! Тащить полные сумки до дома не хотелось. Ибо дорога с ними до дома превращалась в пытку.— Да, спасибо. А то я сегодня чувствую себя не очень хорошо. Кажется, утомилась за последние время..., — не скажу же я ему, в чём именно дело. Не стоит ему знать об истинных причинах моего состояния.— Отлично, идём, — коротко изрёк Майк, и мы вместе двинулись в намеченном направлении.Скупая овощи и фрукты к ужину, я мысленно блуждала где-то не здесь. В голове мелькали сотни вариантов того, что может случиться со мной в ближайшее время на основе моего сна. С давних пор я доверяла своей интуиции на все сто, поэтому и сейчас была уверена, что меня что-то ждёт. Или кто-то.Глубоко погрузившись в себя, я не заметила, как сумка с овощами порвалась, и теперь всё содержимое спешило оказаться на земле.— Кенна, тебе и впрямь нездоровится. Не думала, взять пару дней отдыха, чтобы отлежаться в постели? — обеспокоенно проговорил Майк, помогая собрать убежавшие овощи.— Да, обязательно так и сделаю, — поспешила успокоить его я, пока он всерьез не взялся за моё самочувствие. Не хватало мне и этого сейчас ко всему прочему, что навалилось в последние дни. А именно: разработка нового проекта по учебе, добавление новых предметов и увеличевшееся число вопрос об отце от Кенаи.Медленно, но верно мы добрели к дому. Взглянув на него, я резко ощутила чужое в нём присутствие. Это ощущение накрыло меня с головой, внутри всё всколыхнулось, по телу пробежала мелкая дрожь. Что-то не так, внутри явно кто-то есть. И это не домработница и не няня с Кенаи. И не родители, и никто другой из близких мне людей. Я бы знала об их визите, а сюрпризов в ближайшее время не планировалось, поводов не было. В этом я убеждена так же точно, как то, что имя моё Кенна Келовей. А ещё что-то подсказывало мне, что не стоило пусть Майка внутрь дома. Незванный гость не покажется, пока он не уйдёт.— Майк, — остановила его на полушаге от двери, прерывая очередную историю из недавнего исследования, — Я сама занесу продукты. Спасибо за помощь, будем ждать тебя на ужин, — вложив всю свою вежливость, на которую сейчас была способна, отчеканила я.— Х-хорошо, — запнулся он, и пока до него не дошло что к чему, забрала у него сумки и нырнула в дом, закрывая за собой дверь. Надеюсь, он не обидется на такое моё повидение и не потребует потом объяснений, отчего его так грубо отказались впускать внутрь. Иначе не знаю, как потом выкручиваться, — До вечера. И не забывай давать себе отдыха, а то и вовсе сляжешь в постель. Сейчас столько болезней ходит..., — добавил он на последок.— Хорошо, — заверила его, притаив дыхание.Немного постояла, присланившись лицом к двери. Прислушалась к удаляющимся шагам Майка. Отлично, ушёл! Только тогда набрала полные лёгкие воздуха и развернулась. С силой выдохнула. В доме царила мертвая тишина. Посчитала до десяти, чтобы успокоить разыгравшееся сердцебиение.— Выходи, — громко обратилась к незванному (или долгожданному?) гостю.В гостиной послышались осторожные шаги. Секунда, две, и передо мной появилась знакомая до боли фигура.— Ох... — вырвалось непроизвольно. Признаться, совсем не этого человека я ожидала увидеть спустя столько лет.Боги, ну, за что вы так со мной? Неужели, я так сильно провинилась?