В голосе отчётливо звучат вопросительные интонации и я, пожав плечами, отвечаю.
— Он прав.
Глава города какое-то время ждёт, пока я продолжу и поняв, что это всё, переходит к следующему пункту.
— И вы заявили, что выполняете поручение хёрдиса Свезальда. Некое распоряжение личного характера. Хотел узнать у вас — сколько он платит?
Вопрос внезапный — такого я точно не ожидал. Занимающая соседний стул Айрин слегка подаётся вперёд и с шипящими нотками в голосе выдаёт несколько фраз.
— Не всё в мире меряется деньгами, бургомистр. Например я могу выпотрошить вас прямо здесь и сейчас — абсолютно бесплатно.
Как-то быстро виконтесса стала скатываться в состояние ярости. Насколько я понимаю — воздействие на психику из-за пребывания «за гранью». Но сейчас это скорее мешает, чем помогает. Глядя на моментально покрасневшего мужчину, продолжаю вслед за Мэно.
— Моя спутница хотела сказать, что не понимает, с какой целью вы интересуетесь подобными вещами. И высказала своё неодобрение. В том формате, который ей пришёлся по душе. Что вам нужно от нас?
Тот шумно сглатывает слюну и наконец отрывает взгляд от лица Айрин, переключив внимание на меня.
— Я просто…
Несколько секунд молчит, собираясь с мыслями, после чего излагает дальше.
— Вы же видите, что творится вокруг? Мы едва справились с монстрами, которые появились внутри города. А весь последний день прибывают выжившие из соседних деревень, рассказывающие жуткие вещи. Вот я и подумал, что вы сможете вывести некоторое количество людей за пределы провинции. Поезда сейчас практически не ходят — остаётся только добираться верхом. А без охраны в таком случае не обойтись.
Удивлённо хмыкнув, переглядываюсь с Эйкаром.
— Почему вы решили, что мы станем вас сопровождать?
Саркен на момент заминается, а вот его казначей озвучивает всё напрямую.
— Понимаете, в нашей казне остались деньги, отправленные ещё во времена Ланца Эйгора — предполагалось, что мы отремонтируем городскую систему канализацию и воздвигнем новое здание больницы. Мы не рискнули тратить их, когда регент погиб и начались смутные дни. Так что вся сумма ещё цела. Плюсом к этому имеются и деньги от поступлений местных налогов — они же продолжают собираться.
На секунду прервавшись, добавляет.
— Половина из них — ваша. Всё, что нужно — доставить три семьи в земли, где не творится такого ужаса, как здесь. А дальше мы уже сами.
Бургомистр, быстро глянув на Айрин, тоже принимается выдавливать из себя слова.
— Потому я и интересовался, сколько вам платит Свезальд. Мы тоже можем предложить немало, если у вас есть несколько свободных дней.
На лице Эйкара появляется пренебрежительная усмешка, а со стороны Мэно доносится тяжёлый вздох. Я же, осознав, что именно на предлагают, какое-то время раздумываю.
— То есть вы хотите сбежать, прихватив с собой деньги империи, которые вам не принадлежат? Глава города, казначей и шеф полиции?
Троица переглядывается и вперёд подаётся полицейский, пока не проронивший ни слова. Проведя пальцами по усам, в которых уже проглядывается седина, негромко озвучивает.
— Вы же понимаете, в таких обстоятельствах, каждый должен думать о себе и своих родных. Если верить газетчикам, западная окраина Норкрума уже заполнена монстрами — рано или поздно они доберутся и сюда. Кто их остановит? Наши солдаты с винтовками? Или одинокий маг? Уверен, вы бы поступили точно так же.
Слегка покачиваю головой.
— Возможно я бы и покинул город. Но только во главе отряда людей, решивших отправиться со мной. Или использовал власть, чтобы вывести за стены всё население. Тварей пока не так много — у крупного отряда есть все шансы благополучно прорваться на восток.
Полицейский, уловив что-то в моём голосе, откидывается на спинку стула, а казначей, оказавшийся не таким внимательным, вкрадчиво говорит.
— Но вы же понимаете, что подобное невозможно — люди просто не покинут свои дома. Отдадим приказ и получим бунт, который обернётся кровью. Кому это нужно? Раз они хотят оставаться здесь — пусть, их дело. Но мы то желаем убраться подальше. А деньги им сейчас всё равно ни к чему — торговля и так почти встала, а скоро станет ещё хуже.
Пытается сказать что-то ещё, но я обрываю его, подняв руку.
— Мы не станем браться за это дело. Более того — если вы попробуете бежать, то у меня найдётся возможность сообщить о происходящем хёрдису и за вами вышлют погоню. Безусловно настигнув и убив, вместе со всеми вашими родными. Предательство во время войны — одно из самых тяжких преступлений.