Александр ПРОХАНОВ. А страх Божий?
Евгений САВЧЕНКО. А зачем он нужен? Богу рабы не нужны, Он Творец, а мы его дети, образ и подобие Его, а значит — сотворцы. А сотворец никогда не может быть рабом. Если он раб, он никогда не будет творить, он будет постоянно унижаться, бояться. А нам дана свобода воли, чтобы мы творили добро, утверждали свет и никого не боялись. Надо любить народ и еще больше любить нашего Создателя. Я думаю, Рамзан Ахматович поддержит такую точку зрения.
Александр ПРОХАНОВ. Думаю, он это и имел в виду. Я хотел вас спросить, как бы завершая этот круг рассуждений, а что такое белгородская мечта? Конечно, она совпадет с русской мечтой, но она несет в себе особый колорит, особый аромат, это особый цветок, который вырастает на клумбе общерусской мечты.
Евгений САВЧЕНКО. Белгородская мечта — это когда счастье каждого белгородца неотделимо от счастья всей Белгородчины, и наоборот — счастье нашей малой Родины состоит из счастья каждого ее жителя. И тогда, как в песне поется: «А выше счастья Родины нет в мире ничего».
Бездна, полная звёзд…
Архангелогородская мечта, в чём она?
Архангелогородский мужик, он же всемирно известный учёный Михайло Васильевич Ломоносов, вышел ночью из дома и взглянул на небо. Небо так поразило его, что он написал стих: «Открылась бездна, звезд полна. Звездам числа нет, бездне — дна». Это чувство бесконечности и бездонности мира я отыскивал в душах сегодняшних архангелогородских людей, по природе своей степенных, разумных, осмотрительных. Но в каждом из них живёт ощущение бесконечности, бездонности мира, куда влечёт их таинственная сила, загадочная русская мечта.
На заводе «Севмаш» в Северодвинске, где строятся гигантские подводные лодки, архангелогородская душа устремляется в бездну мирового океана, в бездонность пучины, отыскивая в этой бездонной работе среди ядерных реакторов и ракет своё таинственное божественное предназначение.
На карьере алмазов в Мезенском районе архангелогородский человек бурит землю, роет гигантский кратер, погружается в центр Земли, где ищет и находит алмазы. Бездонность Земли, куда вгрызается архангелогородец с грохотом стальных машин, дарит ему чудо, ибо алмазы — не только в звёздном небе, как писал о них Чехов, но бриллианты — в центре Земли, в центре души. Космодром Плесецк среди архангелогородских лесов — то место, откуда ракеты выходят в космическую бесконечность, в бездну мироздания. Там, на орбитах в ближнем или дальнем космосе, архангелогородский человек открывает волшебную звезду русского чуда.
В Каргополе, чудесном городке на берегу Онеги, мастер каргопольской игрушки лепил из глины сказочных зверей, волшебных наездников, чудесных коней и танцоров. И эти глиняные боги, которых он обжигал в печи, раскрашивал, открывали путь в бездонную глубину народных поверий, сказок, мечтаний о красоте, о гармонии людей и природы.
Архангелогородская мечта, в чём она?
Северодвинский завод «Севмаш» — государствообразующее предприятие. Несколько десятков подобных заводов, как столпы, на которые опирается государство, делают Россию страной-цивилизацией. Толстенные листы металла режут, как в портняжных мастерских, выкраивая невиданных размеров костюмы. Заготовки гнут могучими прессами, из раскалённых печей выплывает мягкая, как мармелад, сталь. Её сваривают в кольца, просвечивают рентгеновскими лучами. Весь завод в вспышках, мерцаниях, компьютерная система управления цехами, далёкий блеск реки, которая ждёт появления нового корабля — новой подводной махины, что мягко плюхнется в воды Двины. И этот шлепок будет услышан во всех мировых столицах, на базах чужих подлодок, в генеральных штабах НАТО. Сборочный цех похож на громадную оранжерею, где у пирсов в тусклых лучах солнца созревают фантастические плоды. Лодки прильнули одна к другой, похожие на громадные невиданные корнеплоды, которые созревают, набухают, наливаются соками, сосут электричество, пар, сжатый воздух. Наступит день, когда лопнет пуповина, соединяющая лодку с заводом. И громада во всей красоте, насыщенная электроникой, оптикой, акустическими системами, которыми, как щупальцами, она будет трогать океанское дно, витающий над океаном космос; эта лодка уйдёт, наполненная своей чудовищной ударной силой, с завода в российский военный флот.