- Здравствуй, Холодов. Что из съедобного есть? Вино красное есть? И к чаю сладкое? - сказала я, как только подошла к импровизированной стойке.
- А ты кто? Я вроде тебя не знаю и девушек давно не было у нас в гостях. Хотя стоп! Ты дочка «Шрама». - сказал он, разглядывая меня.
- Да, ты угадал. - сказала я.
Сказанное мной его ошарашило и по глазам было видно, что он не очень-то и поверил мне. Я достала фотографии и положила их на стойку бара. Он взял их и посмотрев на них, сказал:
- Ведь и точно, это «Шрам» и ты. Для тебя сейчас сготовлю курятину и сделаю пюре из картофельных хлопьев. Вино есть, как раз последняя бутылка и это будет подарок от нас. И к чаю есть блинчики с творогом, правда делали не сами, сегодня из «Предбанника» принесли.
Пока он жарил куски курятины, он восхищался тем, как мой отец, почти в одиночку зачистил «Болото» от «Ренегатов» за три дня, чем очень помог «Чистому Небу». Только вот он болен сильно, попал с какими-то ботаниками под «Выброс». Ботаники погибли, а он выжил, но после того, как он очухался, вновь попал под «Выброс» и опять выжил. Вот теперь он будет помогать в поисках того, из-за кого происходят «Выбросы». А происходят они от того, что сталкеры часто ходят на ЧАЭС. И вроде уже есть на примете какая-то группа.
После того, как покушала, забрала свой шлем у Новикова, пошла в барак. Он был разделен на секции и между ними не было дверей. Нашла пустую секцию и легла на кровать, положив рюкзак под голову и укрылась спальником. Проснулась от того, что в соседнем отсеке о чём-то спорили двое сталкеров. Прислушавшись, я поняла, что разговор идёт о моём отце и Лебедеве. Из разговоров я поняла, что их зовут «Алекс» и «Осколок».
- «Алекс», то что задумал Лебедев, это опасная авантюра. Не сможем мы уничтожить эту группу и на станцию мы не пробьёмся. Кучу народу положит он на ЧАЭС, да и пути нет в их владения. Через «Радар» нам не пройти. И «монолитовцы» не «Ренегаты», воевать умеют. А у нас нет ни кого толкового, кроме «Шрама».
- «Осколок», так в том-то и беда. «Шрам» вёл к нам спецов по пси-излучению и они должны были сделать защиту от него. Если бы не «Выброс» или ботаники выжили, то с их защитой по «Радару» можно было-бы гулять, как по Крещатику. Выброс их убил. Теперь будут искать другой путь и он есть. Это факт.
- «Алекс», Лебедев тут явно что-то мутит, явно это чей-то заказ, а не его план. Сам посуди, то последний хрен без соли доедали и бегали от «Ренегатов» с двухстволками, и вдруг откуда не возьмись охренительная снаряга появилась, оружие хорошее. Продуктами и медикаментами завалили склад, как ни когда.
- «Осколок», это точно, сам видел костюмы, очень даже хорошие появились, среди них полсотни высокой защиты, а уж про вооружение, так слов нет. «ОЦ-14» дорогая штучка, а их пришло полсотни и много боеприпасов к ним, не считая «РПК», «СВД», «АК», «Валы» и «Абаканы». Минимум полсотни человек будет штурмовым отрядом.
- «Алекс», а ты в курсе, что на «Болотах» появилась дочка «Шрама»? Как-бы Лебедев и её не впряг в эту авантюру. И мне кажется, что «Шрама» просто развели, как лоха на Привозе с этими «Выбросами» и то, что они его убивают. А ведь он поверил. Тот, кто его нашёл, рассказал, что около него валялась упаковка из под анабиотика. А эта хрень спасает от «Выброса». Приняв этот препарат, можно спать под «Выбросом», но вот отходняк от него тяжёлый и бывают случаи частичной потери памяти. И на вышке находили пустую упаковку из под него. Дорогой и редкий этот препарат.
- «Осколок», про анабиотик в курсе. Так ему могли мозги запудрить. Ты ведь в курсе, что Лебедев и Каланча до недавнего работали в военных лабораториях Зоны и есть слух, что работали в «ИКС-8». Чем они тут занимались, одному чёрту известно. Но хитрый агрегат на втором этаже у них стоит. Для чего он, ни кто не знает, но те, кто прошёл через него, все включены в штурмовой отряд.
Я слушала и боялась пошевелиться. От всего услышанного мне стало тревожно за отца, но решила прикинуться наивной дурочкой при разговоре с Лебедевым, но и не соглашаться на какие-либо сделки ни под каким-либо предлогом, и при первой-же возможности уйти с базы подальше.
- Слышь, «Алекс», а мы тут одни? А то разболтались тут уж слишком откровенно. Вдруг, кто услышит.
Я услышала чьи-то шаги в мою сторону и засопела, будто я сплю. Кто-то подошёл и посмотрел на меня минуты две и ушёл.
- Спит кто-то. Давай лучше уйдём в наше место и там поболтаем, бережёного и Зона бережёт.
Когда они ушли, я ещё немного полежала, обдумала услышанное и не заметила, как уснула. Проснулась от шума громких разговоров и какой-то беготни. Из разговоров я поняла, что какой-то отряд разделён на пять частей и последняя его часть покидает базу и идёт в «Рыжий Лес», к мосту на Лиманск. Я встала и пошла в штаб группировки.