Мысли о матери никогда не пугали меня, она была слабой женщиной, променяв реальность на чувства. А может я был негодным ребенком, не стоящим своих родителей? Что бы они сейчас сказали мне? А впрочем не важно, меня мало это интересует, мертвецы не говорят.
Дни сменялись неделями, а я каждый вечер ждал ее у окна. Но вот уже третью ночь, эта пташка плачет навзрыд, прикрывая лицо подушкой. Что поселяет в моей голове интерес, что же произошло у этой хрупкой ласточки.
Пятница выдалась отвратительной, я был разбитый и уставший. Весь вчерашний вечер я провел, вытаскивая Ратика из передряги с местными вышибалами — его вспыльчивый характер всегда был проблемой, и сегодня он снова чуть не натворил бед. Я злился на него, на всех вокруг, на этот бесконечный поток переговоров и дел, которые казались только отнимающими силы. Весь день я чувствовал себя как будто в тумане - усталость давила на плечи, а раздражение росло с каждым новым человеком, который лез мне под руку или пытался что-то навязать.
Я мечтал лишь о том, как сейчас приду домой, лягу и наконец-то высплюсь. Либо передавлю всем шеи. Но даже мысли о спокойствии не могли полностью отвлечь меня от вчерашних хлопот. В голове крутились образы Ратика и его вспышек, его гневных слов - как вдруг в дверь постучали.
Мой секретарь вошел и сказал тихо: «Тимур Мурадович, вам нужно посетить выставку в ресторане. Вы обещали одному из владельцев здания помочь с благотворительной акцией». Я вздохнул - еще одна встреча, еще один повод тратить силы. Но я знал: так надо.
Когда я пришел на выставку, меня словно ударило током. Передо мной висели три холста — и на них была она. Эдея. Ее лицо - нежное и загадочное - словно вырезано из фарфора. Я остановился, замер не веря своим глазам. И вдруг увидел ее саму у стенда с фотографией - она стояла там, словно часть этого мира, будто она всегда была частью этого места.
Я подошел ближе и дал указание одному из людей выкупить все картины с ее изображением. Не мог поверить: наконец-то я вижу ее так близко - всего в нескольких сантиметрах от себя. Я подошел сзади, завороженно наблюдая за ней, она еле доставала мне до шеи, на своих пятнадцатисантиметровых каблуках. Я вдохнул аромат ее волос - легкий запах свежести и чего-то неземного. В этот момент внутри меня заиграло что-то дикое и необъяснимое: желание понять ее глубже, приблизиться настолько, насколько это возможно.
Она казалась мне фарфоровой куклой - хрупкой и недосягаемой. А я чувствовал внутри себя сильное желание узнать ее настоящую, понять ту тайну, которая скрыта за этой внешней красотой. И в этот миг я понял: мне нужно быть рядом с ней - настолько близко, насколько это вообще возможно для меня.
Она испугалась, было что-то в ее поведении, что насторожило меня. Девушки из высшего общества славились своими своей самоуверенностью, но в ее взгляде былочто-то странное. Непонятный для меня страх.
Она убежала в этот вечер, оставив меня наблюдающим за ее следами. Позже, вернувшись домой, я не увидел ее сидящей на подоконнике. Но уже на следующий день, я столкнулся с ней в моем ресторане. Я заехал на ужин с Ратиком, который жутко раздражал меня своими новостями об очередной женщине в его постели. Уйдя в уборную, я погрузился в своим мысли, и следом столкнулся с ласточкой у подножья лестницы, он впечаталась так, что по инерции она приземлилась на пятую точку, подняв на меня глаза, тогда я снова увидел тот страх, что видел ранее. Аккуратно подняв ее, я видел нарастающую панику в ее голове. Она поспешила в уборную, а я обратился к хостес, что бы она закрыла ее счет, и предупредил делать это каждый раз, когда Эдея будет здесь, вне зависимости от количества гостей за ее столом, мне так было спокойней.
Я выехал вечером с ресторана, дождавшись когда она сядет в такси. Мне нужно было в магазин, закупить продуктов в холодильник, ибо гувернантка проедала мой мозг каждый раз говоря, что ей не из чего готовить завтрак, а сама она не в силах таскать тяжелые сумки. Подъехал к маркету, когда уже стемнело. Город в ночи — шум, свет, суета. Но в этот момент мое внимание привлекла сцена: у входа к Эдее кто-то приставал. Мужчина - высокий, наглый - навязчиво цеплялся к ней, кричал что-то, не давая ей уйти. Внутри меня мгновенно всё вскипело. Мгновенно, автоматическая реакция, и я рванулся вперед, бросившись на него.
Мои кулаки нашли его лицо и тело, и я избивал его без остановки, пока он не упал на землю, прикрывая лицо руками. Внутри бушевала ярость за нее. Кто посмел ее тронуть? За то, что она так поздно одна на улице, за то, что кто-то посмел так с ней поступить. Я схватил под руки и помог подняться.