- Ты моя, Шерин, только моя.
Рассеянно киваю, чувствуя как щеки становятся пунцовыми.
Сев со мной на кровать , он не отрывает взгляда, придерживая меня за ягодицы . Страсть и огонь пылают в глазах брюнета, мы тяжело дышим в такт, моя грудь соприкасается с его и это крошечное воздействие действует на меня как детонатор. Прижимаюсь носом к его шее, вдыхая его запах, желая стать с ним одним целым, впитать под кожу, вырезать в памяти, пока брюнет прокладывает дорожку из поцелуев до плеча. Что-то во мне ломается, и я с протяжным стоном прижимаюсь к его губам. Асланов прикусывает губу, оттягивая ее, распаляя меня все больше и больше.
- Скажи мне остановиться, - прерывисто шепчет он сквозь поцелуй. Застываю снова в его руках, невидимый барьер из запрета руинами лежит у моего основания, мне нечего терять. Скоро я окажусь в руках Джардовых. Мне, блять, больше нечего терять, все и так сломано в щепки. Это мое решение, это мое последнее желание. И будто от последней мысли с моего тела спадает скованность.
Тимур обхватывает двумя руками мое лицо, изучая, а я закрываю глаза, опьяненная этим состоянием. Опьяненная Аслановым. Приблизившись ко мне, он нежно проводит носом по щекам, пытаясь сровнять дыхание.
- Ты станешь моей погибелью, - хрипло шепчет он. Ком слов застревает в горле. Медленно приблизившись, оставляю нежный поцелуй в уголке губ. Тишину разбавляет лишь наше тяжелое дыхание. Асланов замирает, ожидая моих последующих действий. Прижимаюсь к его лбу, закрыв глаза. Найдя в себе силы, тихо шепчу:
- Ты уже моя погибель.
Взгляд брюнета становится диким, карие глаза сменяются черными, прижавшись к губам он опрокидывает меня на кровать, не отрываясь. С закрытыми глазами ищу его тело, и словно слыша мои мысли, он ложится рядом, медленно спуская лямку моей пижамы. Приподнявшись, он смотрит на мою реакцию, ища разрешения, и я не в силах вымолвить и слова, снова прижимаюсь к нему. Поцелуи брюнета вновь скользят вниз по шее, ускоряя сердцебиение, он опускается к груди и одним движением стягивает топ, оставляя меня в нижнем белье. Тревога нарастает где-то внизу живота, рождая в голове «Так нельзя» , «Это позор». Вздрогнув, открываю глаза и вижу Тимура, словно хищника, распалено следящего за каждой моей даже малейшей реакцией.
- Так.. нам.. Нам так нельзя, Тимур, - задыхаясь произношу
- Я не позволю себе большего, Ласточка, пока ты сама не будешь готова, - хрипло отвечает он.
- Мне… страшно,- на грани слез, шепчу я.
- Ничего из того что тебя обидит или напугает не произойдет, - медленно произносит он , возвращаясь к моему лицу. Поцелуй становится нежным, вверяя мне чувство безопасности. Отголоски прошлого лицемерно оседают в голове, даже после всего я не могу решится, боясь «запятнать честь». Слезы скапливаются в уголках глаз, стекая по щекам. Заметив это, Тимур оставляет поцелуй на месте скатившейся слезы.
- Я кое-что хочу сделать, - проверяя мою реакцию, он ведет руку вниз, касаясь там, где вероятно не должен был. Я вздрагиваю, когда его пальцы, едва касаясь, чертят линию по тонкой полоске кожи, открывшейся между шортами и поднявшимся топом пижамы. Пока я не успела полностью утонуть в охватившей меня панике, он грубо прильнул к губам в жестком поцелуе. Стирая собой все мысли. Плавно его темп сменился на нежный, его движения стали почти ленивыми, но жар во взгляде говорил сам за себя. И я растаяла в его руках, мои мысли заволокло его запахом сандала, его крепким и таким чертовски горячим телом. Панику в груди сменило чувство распаляющего возбуждения, отзываясь нервным импульсом в кончиках пальцев. Я все еще испытывая неловкость, но не способная сопротивляться себе, робко потянулась к его футболке, завороженно ведя узоры по его прессу вслед за чернилами расходящимися по всему телу. Его мышцы напрягались в ответ на каждое моё касание, а затем раздался глухой грудной стон.
- Ты сводишь меня с ума, - хрипло пробормотал он мне на ухо, лаская кожу горячим дыханием. На что моё предательское тело словно окатила волна жара похожая на лаву, обжигая нервы и сгущаясь внизу живота. Чуть закусив нежное место за ухом, он спустился пальцами на внутреннюю сторону бедра и прошелся вдоль края белья. Я подавила громкий вздох, и он замер.