– Постой. Я вспомнила, есть еще кое-что, чего я не понимаю, – Ингрид вдруг удивленно посмотрела на Триста. – А как ты через барьер-то прошел?!
– Здесь ничего сложного нет. Барьер простенький. Самый дешевый, небось. Есть несколько способов миновать его, не разрушив. Я после тебя научу. Сейчас меня больше интересует, как ты не заметила девять хиндов. Если они успели прибежать на помощь соплеменникам, то должны были быть очень близко. Я слышал, что восприятие алхимика настолько чуткое, что их часто только из-за этого приглашают присоединиться к охотникам. Хотя стоит эта услуга бешеных денег.
– А мое восприятие еще лучше. В хорошем состоянии я могу покрыть площадь в несколько километров. И мое восприятие говорило мне, что других хиндов там не было. Не могу объяснить.
Фанпайн, до этого молча поглаживающий бороду, вдруг спросил:
– А кто там был? Кого ты почувствовала, ты помнишь?
– Естественно, я не могу вспомнить всех, вы представляете, сколько там было только птиц? А еще рыбы, лягушки, мелкие грызуны. Но никого крупнее болотной кошки не было, это точно. Даже обычных волков не было, да они на болота и не ходят почти, что им там делать.
– А ты не помнишь, сколько там было кошек? – продолжал спрашивать Фанпайн.
– Старик, ты хочешь проверить ее восприятие или что-то знаешь? – спросил Трист удивленно.
– Возможно, догадываюсь. Так сколько кошек?
Ингрид закрыла глаза и начала восстанавливать в памяти ощущения того сканирования.
– Девять! Девять кошек, – удивленно прошептала девушка. – Какая же я дура!
Эта самокритика удивила Триста.
– Судя по всему, старик, ты считаешь, что хинды научились маскироваться под более мелких животных. Но Ингрид, к чему такая самокритика? Эти твари на такое не способны, на сколько я помню, как ты должна была догадаться?
– Любые кошки, а особенно – болотные, – территориальные существа. Они будут драться до смерти с любым собратом, зашедшим на их территорию. На такой маленькой площади максимум может быть две кошки, и они будут либо драться, либо спариваться, – наставительно сказал Фанпайн. – Ингрид, ты так сосредоточилась на крупных животных, которые могут представлять опасность, что эта аномалия прошла мимо твоего сознания. Любое несоответствие природным правилам – предмет для беспокойства и изучения. Правда, должен признать, что маскировка под другое существо – признак либо разума, либо специального обучения. Ты права, девочка. Уж все слишком печально складывается в единую картинку. Думаю, нам всем пора покинуть эти места. Как только жители окрепнут, мы спрячемся в лесах, а после сбора урожая и вовсе покинем эти земли. И тебе тоже следует уйти.
– Сначала я все-таки дособеру эту печальную картинку целиком, – упрямо возразила Ингрид. – Тут уже дело не в мести. Как старший алхимик я должна своевременно во всем разобраться и уведомить Орден.
– Уверен, что твоя жизнь куда ценнее для Ордена, чем эта информация.
– Я не собираюсь рисковать своей жизнью. Да и он мне не даст, – Ингрид кивнула в сторону Триста.
– Не даст. Но, девочка, помни, что ему все равно, скольких он прикончит, спасая тебя. Кто там прав, кто виноват, кто просто под руку попался – ему это абсолютно без разницы.
– Я тоже не слишком человеколюбива. Честное слово, рисковать не буду. Так что, какие ошибки я совершила, кроме того, что перепутала мутировавших хиндов с болотными кошками?
– Первое, и самое главное правило: если число противников превышает запанированное – отказаться от задания. Это древний закон, защищающий охотников от мошенничества типа «я не знал, что их так много, но мы же договаривались на определенную сумму, у меня больше нет» или «я заказывал пять, зачем мне восемь?». Поэтому заказчик обязан предоставить точные данные или указать, что его сведения не точны, но тогда и сумма за задание повышается в разы. Даже я это знаю, хотя мое общение с людьми было весьма односторонним, – Трист вздохнул, вспоминая что-то, но явно без особой ностальгии.
– А еще раньше бывало, что указывали большее число монстров, чем в действительности, а когда охотники выполняли задание, ссылались на «недобор» и отказывались платить, – добавил Фанпайн. – Поэтому штрафы за такое недобросовестное поведение заказчиков велики и уже давно нет желающих так пошутить с охотниками. Правда, для доказательства мошенничества нужны два свидетеля, поэтому в одиночку уже никто не охотится.