– Но это не значит, что никто так не делает!
– Согласен. Можем попробовать, но на золотой дождь не надейся: мы не будем гоняться за купцами: не забывай, наш путь проходит по заброшенным землям, где и населения-то почти нет. Так что я не вижу тех грандиозных перспектив, о которых ты говоришь.
– Ну, я еще подумала – раз милоедки так сильно пахнут для тебя, то можно сделать специальное средство: пометил человека, а он даже не заметит, а ты его потом везде сможешь выследить!
– Хм, а зачем? Если я хоть раз кого-то увижу, я смогу его выследить и так, хотя меня и оскорбляет перспектива быть ищейкой.
– Ладно, но все равно: улиток ты мне соберешь!
– Соберу… Но впредь зарекусь, пожалуй, давать такие обещания!
Вторая половина дня руками Триста (скорее, нюхом, правда) принесла Ингрид еще восемьдесят отвратительных тварей. Несмотря на это, путники умудрились проделать приличный дневной переход. Едва поставили лагерь, Ингрид кинулась готовить свои ценные ингредиенты, а вампир – ужин. И, хотя в городе он раздобыл котелок побольше, вампир все же иногда с завистью посматривал на малый алхимический котел.
***
На закате в опустевшую деревню въехал отряд рыцарей. Остановившись на центральной площади, глава отдал распоряжение – и несколько оруженосцев отправились осматривать дома.
– Деревня покинута. В спешке, но, судя по всему, надолго. Еды в домах нет, вещи не разбросаны, но большая часть имущества осталась на месте. Крестьяне при переезде обычно оставляют только голые стены, – вернувшись, отчитался старший разведчик.
– Скотины нет, но поля засеяны, – задумчиво сказал рыцарь. – Они бы не ушли, оставив урожай. Ищем.
– Не стоит, – сказал старик, выходя на площадь. – Я увел свих людей из этого гиблого места. Мы вернемся собрать урожай, а после навсегда покинем эти земли.
– Это не твои люди, Фанпайн! Эти крестьяне – подданные Императора. И когда эти плодородные земли стали гиблыми?
– Мор. – коротко ответил старик. – Почти все мои люди мертвы. Мои, храмовник! Мы поселились здесь, когда вашей Империи еще не существовало! Да, мы платили вам налоги и соблюдали ваши законы. Но где была Империя, когда монстры перекрыли нам дорогу? Мои люди умирали, а мы не могли позвать на помощь!
– Город послал охотника.
– Девчонку без опыта!
– Кстати, о девушке. Что с ней стало? Судя по всему, вам известна ее судьба?
– Об этом Храму не следует беспокоиться! – к беседе присоединился еще один старик. На его плаще было видно бляху Старшего Алхимика. – Орден сам разберется, что случилось со Старшим Алхимиком деллаЛеоне.
Рыцарь сбледнул и нервно передернул повод:
– Храм не имеет к этому отношения!
– Мы знаем, – успокоил его алхимик. – Хотя вы и некрасиво поступили с несчастным Эдье, старичок пусть и не блистал, но хотел тихо и спокойно прожить в вашей глуши оставшееся ему время. Но не суть. Речь сейчас о попытке убийства Смотрителем провинции Старшего Алхимика. Не нервничайте! – успокоил всполошившегося рыцаря алхимик. – Мы уже провели расследование: Смотритель находился под ментальным воздействием вследствие принятия запрещенного зелья. Вернуть его в нормальное состояние уже никто не сможет, так что рекомендую отправить болезного на пенсию.
– Но вы продолжите поиск виновных на нашей территории? – уточнил рыцарь.
– Имеем право, по договору между Империей и Орденом. Конкретных виновников, мы несомненно, продолжим искать. Но кто за ними стоит – мы уже знаем. Братство Некроса почему-то проявило нешуточный интерес к этим землям, к чему бы это, Фанпайн? – обратился он к человеку Рощи.
– Я сам хотел бы узнать, за что погибли мои люди? – Фанпайн хмуро посмотрел на собеседников, – Мор был магическим, некромантская поделка. Вы ведь это подтвердили? – обратился он к алхимику.
– Да, несомненно. Сначала убивает, потом поднимает. Без длительных истязаний и дополнительных ритуалов.
– Я требую выдать тела! – жестко приказал рыцарь.
– Невозможно! – ответил Фанпайн.
– Вы смеете отказывать Храму Рассвета в возможности как должно упокоить тела подданных Императора?!
– Я не отказываю. Я говорю, что это невозможно. Умершие похоронены по нашим традициям.
– Похоже, с образованием у Храма Рассвета стало неважно, – снисходительно рассмеялся алхимик. – После похорон по традициям Рощи тел не остается. Впрочем, похоже, у Братства Некроса с образованием тоже плохо.