В начале они были очень вежливыми и обходительными, мягко предложив ее матери продать квартиру и рассчитаться с ними. И она даже согласилась на это, понимая, что с ними сделают в противном случае. Но тут выяснилось, что прав на эту квартиру у нее не больше чем у них и что она скорее всего отойдет государству, так как внебрачный ребенок отца живет в детском доме за его счет. Как это точно работает я не знаю, но Империя свое не отдаст никому. Мать загрустила еще сильнее, и от того, что узнала о неверности покойного мужа и от того что раздосадованные бандиты целые сутки издевались над ней в уже даже не ее квартире. После такого она ушла в себя насовсем и больше не возвращалась. И то, что ее ребенка у нее на глазах один из бандитов, знавший что он ВИЧ-положительный, напоил своей кровью, не смогло привлечь ее внимания.
Рассказывала она обо всем этом без прикрас, без слез и не без иронии. На удивление, она выглядела абсолютно психологически здоровой, сложно поверить, что после пережитого не осталось никаких душевных травм, но она оказалась крепким орешком и не было рядом людей способных взрастить в ней жалость к себе. На секунду я почувствовал с ней близкое родство. Она через многое прошла и не сломалась. Наши пути в чем-то похожи.
Чем дальше, тем грустнее. Мать признали недееспособной, детей отправили в детский дом, где быстро выяснили что Дивина вич-инфицирована. Хотя у этого был плюс, сверстники ее не задирали как это обычно бывает с новичками, во-первых, боялись заразиться, во-вторых узнав ее историю и поняв через что она прошла, они сами невольно робели перед ней. Там же ей принудительно нанесли татуировки чуть пониже затылка, которые предупреждали о том что человек болен ВИЧ. Но для обладателей таких таких татуировок терапия была совершенно бесплатной, везде плюсы, куда ни глянь. Вообще не знаю, насколько лечение эффективно но по крайней мере она до сих пор жива. Так же после изъятия квартиры отца в пользу государства, Империя великодушно согласилась на бесплатную терапию для ее младшего брата, невиданная щедрость.
В шестнадцать лет, около года назад, ее выпустили из детского дома и каким-то образом ей удалось забрать с собой и младшего брата, которому на тот момент стукнуло одиннадцать. И вот девочка без каких-либо социальных связей с младшим братом оказались предоставлены сами себе. Подъемные дали очень скромные, да и жилье, гарантированное государством предоставлять не торопились, видя что девочке вероятно не долго осталось механизмы бюрократии работали еще медленнее чем обычно. Скорее всего выдадут в день смерти и сразу вернут как выморочное имущество, а брата обратно в детдом. Или как там у них это работает, в любом случае подобные департаменты уже давно перестали работать для людей, быть для людей. Вскормленные какими-то особыми сиськами они вознеслись над миром. Или может их при приеме на работу вакцинируют чем-то особым, что сильно повышает ЧСВ? Кто знает. Но факт остается фактом, а чернь чернью. Все на месте, живем.
Имеющиеся деньги она расходовала разумно, получилось снять недорогое жилье на полгода и оставить средства на лекарства для брата. Да, часть терапии он все еще получал бесплатно, но уже не в том объеме что в детдоме. С одной стороны забирать его оттуда было не слишком логично, но с другой жизнь там и так не сахар, а если и без старшей сестры... да и попросту Дивина боялась, что если оставит его сейчас то больше его не увидит, по вполне понятным причинам. Так же забота о нем не позволяла ей замкнуться на своих бедах.