Марк все еще не веря снова начал поднимать руку, но Лазарь его прервал.
- Официально ты теперь выше меня по званию, так что давай без этого, - и протянул ему руку, - поздравляю.
- Благодарю! - он крепко пожал протянутую руку, а в глазах его горел огонь который мог спалить все что угодно.
- А твое задание почти подошло к концу, мои аналитики прорабатывают план как не привлекая внимания извлечь тебя. К тому времени я как раз планирую найти этого вшивого генерала и освободить его кабинет под тебя. И ты мне в этом поможешь.
- Есть! - он снова вытянулся и отдал честь.
- Ладно, - махнул он рукой, - на людях только так не делай.
- Прошу прощения, сразу не привыкнешь.
- Ладно, хорошего человека порадовал, теперь надо что бы плохой человек погрустил.
Они синхронно повернулись в сторону прикованного офицера второго ранга Виталия Ризвина. Был он молод, спортивен и наверно красив, за распухшим глазом и крови что разлилась до подбородка не разглядеть.
- Какой-то у него не естественный угол в голени, - отрешенно заметил Лазарь.
- В голени не бывает естественных углов, - в тон ему парировал Марк, - он немного брыкался, вот и поломали видимо.
- Ну в принципе не думаю, что ему еще пригодятся ноги.
- Пожалуйста, отпустите, - промямлил Виталий.
Виталий очнулся несколько минут назад и, судя по всему, слышал часть разговора о важном, но почему-то еще не понимал что с такими знаниями не живут. Плохой офицер.
- Конечно отпустим, - как можно мягче по отечески сказал Лазарь, - зачем такого ладного офицера гробить, правда? Ты нам только расскажи, что знаешь и все закончится.
Тут он не врал, для него действительно все закончится. Смотреть на это отребье было неприятно и Марк как настоящий офицер очень хорошо понимал Лазаря.
- Ну что сынок, расскажешь дядям как родину через хрен кинул? - почти ласково спросил Марк, да так что паренек заскулил.
- Но я не понимаю о чем вы, скажите что вам надо, за меня внесут выкуп родители, пожалуйста!
- Не правильный ответ, сынок.
Марк не спеша отошел обратно к нарам и наклонился, поднимая небольшой тонкий кейс из которого послышался перезвон металла. Пытки - самая распространенная практика в ИСБ. Добиться правды любыми способами, но именно правды. ИСБ не нуждалось в том. что бы подозреваемый говорил то что они хотели услышать, скорее уж то что они не хотели бы. Обвинить, состряпать дело, выбить признание и осудить - плевое дело, наши полномочия слишком широки что бы этим заниматься, это удел нерадивой полиции. А если человек неудобен Империи его никакая невиновность не спасет. Парадокс, такие большие возможности вернули ИСБ отчасти на праведный путь, теперь нас действительно интересовала только правда. Об этом не говорят в приличном обществе, но через год службы и при должных рекомендациях от руководителя, некоторых офицеров отправляют на специальные курсы. Даже не курсы, а просто беседы с некоторыми инструкторами и ветеранами, которые подробно объясняют как наиболее эффективно и эффектно причинить боль человеку. Физическое и психологическое насилие во всех его, нелицеприятных формах. И так было всегда и будет еще очень долго. Христиане бахвалятся перед мусульманами, что они запретили инквизицию и отказались от насилия, а их религия слишком жестокая. Но инквизиция никуда не делась, просто ей больше не нужна религия.
Марк Беневин, естественно, как и любой хороший офицер, эти беседы посещал и в допросах участвовал. А если помножить это на его пятнадцатилетнюю работу под прикрытием в сильнейшем преступном синдикате… Лазарь невольно предвкушал что сегодня он увидит что-то новенькое.
И увидел. Марк определенно стал мастером в ведении активного допроса. Методично, но быстро он освободил тело Виталия Ризвина от лишних частей тела, чье отсутствие не убьет его в ближайший час, попутно затягивая жгуты то тут то там, что бы он не истек кровью раньше времени. Все отрезанное или отпиленное он складывал в переносной морозильный ларь, обещая что врачи, находящиеся прямо за дверью и ждущие лишь сигнала, сразу займутся им и пришьют как было. Человек с отрезанным носом, пальцами, кусочками ягодиц верил во что угодно, даже в этот бред. И конечно же постоянные вопросы и не устраивающие никого ответы. Как ни странно, Марк ни разу не прошелся скальпелем по его мужскому достоинству, хотя как в народе обычно говорят про ИСБ: вы задержаны, ваша задница и член могут быть использованы против вас. И это чистая правда. Лазарь предположил, что таким образом он дает ему лишнюю надежду. Утопающий схватится не только за соломинку, но и за член, особенно если он свой. Но в целом эту процедуру, конечно, никому не дано пережить. Для офицера, вольно или невольно предавшего империю дорога одна, разница лишь в ее длинне. Пуля здесь гораздо гуманнее, считай, как помилование, только посмертное. Так или иначе надолго его не хватило, и ладный офицер второго ранга Виталий Ризвин сломался окончательно и больше ни на что не реагировал.