– Это с ее-то сверхскоростным быстродействием?
– Даже такой сверхмощный электронный мозг, как у главного бортового компьютера, не может сравниться с человеческим. Конечно, объем памяти у Эммы невероятно велик, и огромно число операций в секунду. Ее программы содержат бесчисленное множество причинно–следственных связей относительно разнообразных космических явлений. Поэтому она может очень быстро вычислить и предложить правильное решение, практически в любой ситуации, в которой окажется корабль.
– А если в ее "запасах" просто не окажется описания какого-то случая? Разве невозможны абсолютно новые стечения обстоятельств?
– Электронный мозг Эммы является самообучающимся. То есть, на основе уже имеющихся у него знаний и, накапливая новую информацию, он самостоятельно генерирует новые причинно–следственные связи. И это дает Эмме возможность находить решения, которые не были запрограммированы в ней заранее.
– Тогда в чем же такой компьютерный мозг уступает, как ты утверждаешь, человеческому?
– А ты никогда не задумывалась над тем, что такое интуиция? Как это человек иногда очень верно и чрезвычайно быстро понимает, как нужно поступить, но объяснить, почему он сделал именно так, не может?
– Со мной такое бывало, но я никогда не подвергала эти случаи анализу.
– Вот, именно. А интуиция, как раз и есть уникальная способность человеческого мозга мгновенно доставать из памяти множество всякой информации, которая, так или иначе, может быть связана с происходящим в настоящий момент. Но это еще не все. Если компьютерный мозг хранит у себя и оперирует точечными характеристиками, будь то цифры или отдельные свойства некоторых событий, то человеческая память удерживает целые образы, причем не статические, а живые, движущиеся. Поэтому ясно, что, если, например, Эмма будет выстраивать предполагаемую цепочку возможных событий, на основе имеющихся у нее дискретных характеристик, то и полученная картина тоже не будет непрерывной. То есть, какие-то точки из нее выпадут. А мозг человека, на основе хранимых образов, сгенерирует возможную цепочку образов. То есть, гораздо более полную картину предполагаемых событий.
– Вот как? Но тогда, почему основное управление всеми функциями корабля остается за компьютером, а человек подключается к непосредственному процессу лишь в исключительных случаях?
– Ты же знаешь, что полет вообще просчитывается заранее. В этих расчетах очень много "черной" работы, то есть тяжелой вычислительной, с которой компьютеры справляются гораздо легче и быстрее, чем люди. А потом, уже в полете, главный бортовой компьютер берет эти расчеты за основу и управляет всеми функциями корабля. А вот, если возникают внештатные ситуации, голос компьютера становится лишь совещательным, он может предложить один или несколько возможных вариантов решения проблемы, но конкретные действия будут диктоваться человеком, тем, кто в данный момент управляет кораблем.
– Лида слушала, с восхищением глядя на подругу.
– Да. Интересно. Но ведь это и огромная ответственность, Сашуля?
– Разумеется. Поэтому к обучению пилотов и подходят так строго. Да и само пилотирование доверяют далеко не сразу.
– Легкий вздох Саши не укрылся от Лидиного внимания.
– Ты считаешь, что Джек слишком строг к тебе?
– Признаться, поначалу я именно так и думала. Особенно, когда мне целыми днями приходилось управлять не звездолетом, большим или самым маленьким, а обыкновенными бытовыми роботами.
– Ну, положим, не такими уж обыкновенными, – призвала к справедливости Лида.
– Хорошо, пусть сложными и многофункциональными, но сути это не меняло.
– Однако теперь ситуация изменилась?
Лида задала этот вопрос очень осторожно, опасаясь задеть чувства подруги.
– Джек, действительно, поручает мне управление звездолетом, но сам при этом обязательно находится рядом.
– Но ведь он же не смотрит тебе через плечо, наблюдая на какие кнопки ты нажимаешь?
Легкая улыбка тронула Сашины губы.
– Как тебе сказать? Такого контроля, конечно, нет. Но я не могу утверждать, что он не смотрит через мое плечо.
– Что ты имеешь в виду? – Лида решила разговорить подругу, чтобы помочь ей разобраться в ее же собственных ощущениях.
– Он почти не сидит в своем кресле. Иногда подолгу стоит, прислонившись одним плечом к стене у меня за спиной. Или начинает мерить шагами свободное пространство зала.
– И тебя это отвлекает от работы?
– Ты знаешь, что я умею сосредоточиваться на выполняемом задании, что бы не происходило вокруг. Джеку тоже известно, что такие тренировки входят в курс подготовки пилотов. Поэтому сначала мне казалось, что он умышленно меня тестирует на этот предмет.