– Идем? – предложила Лида.
– Вы обворожительны, мадам! – Бэкфорд галантно поцеловал ее руку, взял под локоть, и они направились по длинному коридору, в сторону лифта, ведущего к оранжерее.
Всю дорогу Гарик шутил, стараясь, чтобы его даме не было скучно, и, когда они добрались до цели, у Лиды от смеха уже болели щеки. Он смотрел в ее сияющие глаза и думал, что готов выучить наизусть все анекдоты мира, только чтобы всегда видеть ее такой.
В оранжерее они переходили от одного растения к другому, и о каждом Гарик знал хотя бы немного, чтобы иметь представление, где оно выросло и как сумело приспособиться к искусственным условиям жизни.
– Значит, ты любишь природу, если столько знаешь об этих растениях? – предположила Лида. – Почему же, тогда, выбрал профессию космического навигатора?
– Потому что, космос я тоже люблю. А еще очень люблю танцевать.
– Танцевать? – удивилась Лида.
– А что такого? Вот, смотри.
– Гарик отступил от нее на шаг и изобразил несколько изящных движений, в которых гармонично участвовали ноги, руки и все его гибкое тело.
– Здорово! – захлопала в ладоши Лида, а неугомонный штурман уже включил встроенный в одну из стен музыкальный аппарат, набрав код нужной мелодии.
– Прошу, мадам, – Гарик протянул Лиде руку, приглашая на танец.
Музыка была плавной, но не заунывной, и Лида с удовольствием сделала шаг ему навстречу. Гарик тут же подхватил ее за талию и уверенно повел в танце. Они кружили под музыку, обходя кадки с пальмами и делая изящные наклоны в сторону от нависающих веток. Это было упоительно. Лиде совершенно не нужно было задумываться, в какую сторону несут их ноги, и следует ли дальше сделать поворот. Гарик так легко и умело управлял их движениями, что Лида восхищенно посмотрела в его черные глаза.
Другого побуждения Гарику и не требовалось. Он мгновенно наклонился и припал к ее губам. Голова еще кружилась от бесчисленных поворотов, и Лида не сразу поняла, что произошло. Но уже через секунду она напряглась в струнку и уперлась руками Гарику в грудь. Он очень неохотно оторвался от нее. Как ему было сладко, и как хотелось продолжения!
– Все хорошо, малыш? – он, не отрываясь, смотрел в ее глаза.
– Прости, Гарик, но я должна уйти, – решительно заявила Лида.
– Но, почему? – на него больно было смотреть.
– Я не могу, извини, пожалуйста.
Лида решительно направилась к двери.
Она шла по коридору от лифта к своей комнате, прижимая ладонь к губам, которые еще помнили поцелуй Гарика. Зачем он это сделал? Уж, конечно, не за тем, чтобы ее обидеть. Его поцелуй был очень аккуратным, и даже почтительным, как будто спрашивающим: "Вы позволите?". Павел целовал совсем иначе. Он ничего не спрашивал, он заявлял о своем праве и устанавливал свою власть. И почему ее это не возмущает и не отталкивает? Почему ей нужны только его поцелуи и только его объятия?
Глава 17
Павел проснулся от негромкого, но настойчивого сигнала тревоги из радио-блока.
– Что случилось, Эмма? – он потер рукой заспанные глаза.
– Подозреваю, что дело не терпит отлагательства. Нам навстречу движется метеоритный поток.
– А у тебя вышла из строя корабельная магнитная защита?
– Вовсе нет. Но скорость движения потока больше максимальной, гасимой магнитным щитом.
– Ясно. – Павел уже успел надеть брюки и рубашку. – Где Джек?
– В блоке управления.
– Сообщи Уилсону, что я уже иду, и подними Бэкфорда.
Между комнатой Павла и блоком управления была только каюта капитана, поэтому не прошло и пяти минут, как он уже пожимал руку, протянутую ему Джеком.
– Как же мы упустили его из поля зрения? Или у Эммы перегорело несколько важных микросхем?
– Погоди, Павел, не горячись. – Джек расположился за одним из пультов, с нескольким обзорными экранами над ним, и указал Павлу на кресло рядом.
– Я не опоздал? Вы еще не успели без меня устранить все возникшие сложности? – приветствовал их Гарик в своей оптимистичной манере.
– Садись, Бэкфорд, – кивнул ему Джек. – Вот, смотрите, – он указал на один из экранов. – Это картинка двухдневной давности, те самые непонятные точки. А вот это – уже сегодняшняя ситуация.
Все трое внимательно вгляделись в россыпь ярких искрящихся пятен на другом экране.
– Но где же они пропадали больше суток? – снова высказал недоумение Павел. – Что скажешь, Эмма?
– Это тот метеоритный поток, который я обнаружила сразу после старта с Даймонда. Его траектория, которую я рассчитала, должна была пройти значительно дальше от нашего маршрута, и даже не попасть в область визуального наблюдения.